— Они останутся у тебя на ночь. Утром они поставят новые замки.

— Ладно.

Я сделала мысленную пометку сделать несколько дубликат нового ключа для Виолетты. Только у неё и Мориса были ключи от нашей квартиры. Мне было спокойней, когда я знала, что у кого-то есть ключ, на случай если со мной что-то произойдёт.

— Конлан уладит всё в твоей квартире. О себе побеспокойся.

Лукас внимательно осмотрел моё лицо. Не выдержав, я отвернулась.

Я мельком уловила отражение своего лица и безумно растрёпанные волосы в зеркале ванной комнаты, поэтому знала, насколько плохо выглядела. Завтра будет ещё хуже, когда синяки вокруг глаза почернеют. Я пока ещё не видела свою шею, но знала, что и там у меня будет кровоподтёк. Я не была тщеславной, но никто не хотел видеть на себе напоминание о нападении, смотрясь в зеркало.

Остальная часть поездки прошла в тишине. Я снова и снова проигрывала в мыслях последний час. Кем были эти мужчины, и зачем я им понадобилась? Имело ли это какое-то отношение к моим родителям или к тем фейри, которые пытались проникнуть в дом? Я даже и думать не хотела, что произошло бы со мной и Финчем, если бы я не смогла дать им отпор.

Керр припарковал машину на частном парковочном месте позади их здания, что было роскошью для этого города. Я отстегнула ремень безопасности, но Лукас протянул руки и подхватил меня раньше, чем я успела выйти из машины.

Я стала извиваться в его руках, желая освободиться.

— Отпусти меня. Я же тебе сказала, я не инвалид.

Как обычно он проигнорировал меня. Он последовал за Керром к входной двери и подождал, пока другой фейри отопрёт замок. Я услышала, как Иан открыл багажник и забрал наши сумки. Сдавшись, я вздохнула.

Войдя в здание, Лукас усадил меня на тот же диван, на котором я сидела в прошлый раз. Оставив меня, он направился на кухню, а я расстегнула молнию на куртке, чтобы проверить Финча, который крепко спал. Бедный малыш. За последнее время он столько всего пережил, а теперь его заставили покинуть дом. Временно, но он всегда тяжело переносил перемены, и я не знала, как он справится с нахождением в чужом месте.

Лукас вернулся с полотенцем, в которое был завёрнут лёд. Я потянулась к полотенцу, но он удивил меня, присев передо мной и нежно приложив лёд к затёкшему глазу.

— Где-нибудь ещё болит? — спросил он с такой лаской, какую я в жизни от него не слышала. Даже когда он спас меня с острова, он не разговаривал так нежно со мной.

— Горло болит, — призналась я. — Подозреваю, что завтра проявится ещё больше синяков, но ничего не сломано.

Свободной рукой он отвёл мои волосы в сторону и внимательно осмотрел шею. Ярость вспыхнула в его глазах, и я не смогла остановить пронёсшийся по мне озноб.

Он убрал лёд с моего лица.

— Замёрзла?

— Нет. Лёд самое то.

Я взяла у него полотенце, и он отдал без каких-либо возражений.

Он положил руки на мои колени. Я не знала, осознавал ли он вообще что сделал, но моё тело, в сущности, загудело от жара его рук на моих ногах и теплоты в его обычно холодных глазах.

— Ты хорошо сегодня отбивалась. Редко женщина может защититься от двух нападающих, не говоря уже о том, чтобы вывести их из строя.

— Родители заставляли меня заниматься самообороной, а папа был волевым учителем, — я печально улыбнулась, гадая смогу ли когда-нибудь сказать ему, что его тренировки спасли мне жизнь. — Хотя думаю, мне надо повысить свой уровень. Может быть, заняться боевыми искусствами.

В его глазах заплясало веселье.

— Люди редко удивляют меня, но за те несколько недель, что я тебя знаю, ты умудрилась сделать это неоднократно.

— Просто не даю тебе расслабиться, — недолго думая, парировала я, заслужив от него усмешку.

Зазвонил его телефон, и он встал ответить. Мне стало не хватать его прикосновения больше, чем я хотела признать. По истечении нескольких последних дней мои мысли и эмоции были в полном беспорядке, и я не могла доверять этим новым чувствам, которые испытывала к нему.

— Есть новости? — спросил Лукас, направившись к кухне.

Истощение дало о себе знать, напомнив мне, что была середина ночи, и я всё ещё восстанавливалась после ночёвки на острове. Иана и Керра не было нигде видно, а Лукас разговаривал с Конланом, судя по всему. Я прикрыла глаза, пока ждала, чтобы кто-нибудь покажет мне где я буду спать.

Может быть, я буду спать здесь, раз уж у них нет гостевых комнат. Учитывая обстоятельства, мне было всё равно где и как, лишь бы поспать. Скинув ботинки, я снова проверила Финча и, положив голову на подлокотник, вытянула своё измученное тело. Диван был удобным, и сон заявил на меня права, как только я закрыла глаза.

Я проснулась от того, что Лукас укладывает меня в свою постель. Я хотела было сесть, но рухнула на кровать, тихо застонав. Было ощущение, словно табун келпи растоптал моё тело.

Лукас нахмурился.

— Что-то болит?

— Ничего нового.

— Могу наложить гламур, ты не будешь испытывать боль, — предложил он.

— Нет, — боязливо выпалила я, и опустила взгляд, проверяя на мне ли браслет. — Я не хочу никаких гламуров. Пообещай мне, что никогда не сделаешь этого со мной.