— Это да, многому там научились.

После некоторой паузы космодесантник продолжил:

— Принуждать вас, парни, никто не будет, но считайте, что официальное предложение сделано. Надумаете, свяжитесь на любом терминале с управлением десантных сил Флота.

— Спасибо, мы еще покумекаем, — Ларсен был все так же хмур.

Вечером товарищ подсел на койку к Алексу и выдал тому следующее:

— Насели на нас флотские, теперь не слезут. Этот хмырь ведь из обычного взвода, зуб даю, что это разведка. А нам нужны такие безумные приключения?

— И что предлагаешь? — Карту также не улыбалось прыгать неизвестно куда в глубинах безжизненного пространства.

— Есть тут один офицер из штаба рейнджеров, тоже на Калунии пострадал. Может, подкатить к нему, ситуацию обрисовать. Пусть нас в отпуск ушлют куда подальше, а там шумиха и уляжется.

— Ну, и где он? — Алекс энергично встал с койки. Проблемы надо решать по мере их поступления.

Вот таким вот образом они и оказались на планете Рубиса, старом союзнике Спирального Альянса. Здесь вполне официально находилась база войск Федерации, а у её штаба имелся собственный курорт, где они сейчас и пребывали. Друзья выбрали отдых на природе, видимо, кто-то в штабе замолвил за них словечко, и их обслужили по полной программе. Вот уже третью неделю они бродили по местным горам, купались в озерах и ловили рыбу. Жителей здесь почти не было. Эта часть северного материка считалась на планете заповедной. Карту запомнилась только одна встреча с местными.

На третий день по прибытии они все-таки решили наведаться в центральный офис курорта, надо было уладить несколько формальностей. Перед входом на территорию "земной зоны" они наблюдали непонятную им картину. С транспортного флайера выгружали местных рубичан. Все они были в одинаковой зеленой одежде, чуть позже земляне заметили на каждом из одетых в зеленое силовые наручники. Неожиданно к рейнджерам подошел местный офицер. Армия здесь была и за полицию, и за лесничих, и за спасателей. Рубичане трезво рассудили, что незачем тратиться на лишние структуры. Сами жители планеты во многом походили на землян, только были выше и тоньше. Подошедший к ним офицер выделялся сильно вытянутым лицом с очень оживленной мимикой, такие уж подвижные у местных жителей были лицевые мышцы. Белесые брови густо нависали над его глазницами.

— Чем обязан вашему любопытству? — офицер говорил почти без акцента.

— Да мы просто офис шли, — стушевался Ларсен. Он все еще не утратил пиетет перед высшим начальством, пусть и нечеловеческого рода.

— Офицер, что здесь делают эти люди? — Карта, напротив обуяла неуместная в данной ситуации жажда знаний. Норвежец предостерегающе дернул его за рукав, но Алекс продолжал вопросительно смотреть на рубичанина.

— Это преступники. Могу я увидеть ваши документы? — местный быстро сканировал их информномера и удивленно поднял голову. — Я думал, что вы офицеры. Ведь здесь место отдыха очень высокого уровня.

— Вы весьма осведомлены для простого охранника, — вежливо намекнул Карт.

— Я директор местного департамента, — коротко ответил рубичанин. В этих отдаленных областях это звание означало, что он самый главный в округе, — и я прослужил два года в Действующей армии, так что знаком и с вашими порядками.

— Понятно. Рад был знакомству с боевым офицером. Можете все-таки рассказать об этих преступниках?

Рубичанин усмехнулся, землянин был довольно-таки беспардонен, в разговор пришлось вмешаться Ларсену.

— Офицер, простите этого обалдуя, второй его специальностью является УФО.

— Это контакт с инопланетными формами? — тут же поинтересовался заинтригованный офицер.

— Так точно! Хочется узнать больше из реальной жизни. В справочниках Рубиса нет ничего о ваших заключенных и преступлениях. Вы же достаточно давно являетесь высокоразвитой планетой.

— Ну что ж, пожалуй, я немного удовлетворю ваше любопытство. Ведь у вас на виду оказалась часть теневой стороны жизни нашего общества, но во Вселенной есть место свету, и есть место тени. Так говорят наши древние мудрецы.

— Очень меткое замечание, — похвалил Карт, рубичанин слегка усмехнулся.

— К сожалению, все еще существуют индивиды, которые ставят личное выше общего. На нашей планете жесткое строение общества, вы ведь знаете, что в свое время наша цивилизация чуть не погибла от экологической катастрофы. Мы слишком рьяно проводили индустриализацию и, в конце концов, природа взбунтовалась. Потом мы едва смогли выжить и снова подняться. Вот в те времена и возникла наша кастовая система и, надо сказать, отлично за пять веков себя зарекомендовала. А эти граждане, — офицер кивнул в сторону "зеленых", — пытались выдавать себя за других. На суде они раскаялись и им дали по несколько лет работ в Диких землях. Это очень тяжелый труд, как раз для тех, кто поставил себя вне общества. Все вот это великолепие, — рубичанин обозрел окрестности, — плод сотен лет работы. Когда-то тут была радиоактивная пустыня, остатки последней всепланетной войны.

— Что ж, вполне справедливо, а наказание довольно мягкое, — согласился с доводами офицера Карт.

— Я рад, что у нас совпадают мнения, — улыбка рубичанина была похожа на клоунскую, из какого-нибудь комедийного шоу. Такие вот были выверты у мимики местных. — В крайнем флайере находятся еще несколько преступников, они одеты в черное, нераскаявшиеся и не прощенные. Их отвезут на крайний север, там еще сохранились остатки пустыни. Они будут работать на самом опасном участке и там же умрут.