Шрифт:
Значит, я должен добраться до Миомбо-Керит сейчас. Пусть даже вместе со своей неотступной лихорадкой и прочим печальным багажом.
Я уже привык посвящать несколько заключительных строк моему Даймону. Делаю это и сейчас, хотя общаться с ним сегодня, увы, не пришлось. Я был честно предупреждён: вчера Даймон намекнул на свой возможный отъезд. Хотел бы я знать, куда и зачем ездят духи! В связи с этим он сделал мне предупреждение, суть которого я сразу даже не понял. Речь идёт о том, что со мной может «выйти на связь» (странное выражение целиком на совести Даймона) некий его сородич (!), возможно даже, девица.
Даймона-самозванца велено игнорировать и гнать.
Дорожка 11 — «Les Moulins des Mon Coeur»
Мишель Легран.
(3`58).
Знаменитые «Мельницы» из кинофильма «Афёра Томаса Крауна». Исполняет сам Легран, концертная запись. Не очень впечатляет, певец из Леграна никакой.
…Протянул руку Алёша — края облака коснуться. Что почувствует, знал. Облако — тот же туман, только погуще. Кто в горах хоть раз бывал, по себе знает. Войдёшь в облако, что на плоскогорье лежит, сбрызнет тебя мелким дождичком…
Нет, не мокро. Прохладно, но сухо. Надо же!
Алексей оглянулся, вздохнул удивлённо. Ни разу такой красотищи не видел, даже когда на самолёте летал. Единственный раз в жизни, рейс Киев-Симферополь. При проклятом тоталитаризме «птица самолёта» всех подряд возила, при демократии же с её экономически обоснованными ценами не разлетаешься.
Красиво!
Облака по всему небу — белые, лёгкого бирюзового отлива, в золотистых отблесках уходящего солнца. Края острые, и форма непривычная, словно из кубиков сложены. До самого горизонта плывут, а горизонт тёмный, не иначе, ночь близко.
Небо не голубое, не синее — тоже бирюзовое. А что внизу, где земле быть положено, не разглядишь. Не темно, просто далеко очень. Вроде, есть что-то, но не увидишь, как ни старайся. И не стоит, землю всегда рассмотреть успеешь. А тут!..
Ветра нет. И звуков нет, ни шелеста, ни шороха.
Тихо…
Полюбовался Алёша облаками, прикинул, что хорошо бы к горизонту поближе подобраться, ночь лицом к лицу встретить…
Эй, где это я?! Я же на монитор смотрел, там ещё огоньки…
Вздохнул, воздуха невесомого не чувствуя, усмехнулся. Надо же! Получилось.
Когда в ушах музыка заиграла — незнакомая, но тоже ретро, как в первый раз, Ева успела предупредить. Бояться действительно нечего, но может просто не подействовать. Заснёшь, в чёрную яму провалишься…
Повезло!
Я же все равно сплю? Или это не сон? СИС — состояние изменённого сознания. Бинауральный ритм 10 герц!..
Глотнул холодный воздух Алексей, в себя приходя. Объяснила Женя-Ева: что увидишь, предсказать нельзя. Не наша реальность, поэтому мозг к привычному всю странность адаптирует. По свету ориентироваться нужно, чем светлее, тем лучше. А если огонь со всех сторон — не жаркий, холодный, и вовсе хорошо.
Покосился Алёша на далёкий горизонт, откуда тьма подступала. С огнём, кажется, не вышло. Ничего, все равно попробовать стоит.
В любом случае можешь позвать. В фильмах радистов видел? Я такой-то, я такой-то, отзовитесь!
Алексей обернулся, на уходящее солнце поглядел. Маленькое, с булавочную головку, даже глаза не режет. Ладно, в эфир, считай, вышел. Никто, правда, не встретил — и не встретился, но не беда. Пора голос подать. Как лучше — вслух или просто подумать? Да какая разница?
Прокашлялся Алёша, вспомнил старую книжку про шпионов. «Я — 11-17, я — 11-17, приём». Нет, не годится. Не позывные, а шпионские. И с цифрами неинтересно.
— Я — Север…
Одними губами прошептал. Замер. Какой он к черту Север, это просто шутка дурацкая! Бен Ладеном ещё бы назначили!..
Но ведь назначили! «Ваш Юго-Восток. № 44». Правда, Юрий Владимирович?
…Назначаетесь руководителем областного подполья. Вам присваивается рабочий псевдоним…
— Я — Север! Я — Север! Выхожу на связь, прошу отозваться! Я — Север!..
Замолчал, прислушался…
— I’m North! I’m North! Do you listening me? I’m North!…
Вновь помолчал, каждый шорох ловя. Ничего! Облака, темнота у горизонта.
Не у горизонта — ближе. И солнце исчезло. Ночь идёт…
— Я — Север, я — Север!..
Теперь уже не говорил — шептал. Главное, слово от слова чётко отделять, как тогда, в первый раз. Ева сказала, что насчёт «телеграммы» они с Игорем пошутили. Но не совсем. После сеанса, в самый последний момент, сознание словно раскрывается, и если кто-нибудь тебя слышит, то и «телеграмму» примет. Шанс, конечно, махонький…