Я склонил голову набок и пристально с насмешкой посмотрел на дриаду. А ведь простачкой ее не назовешь. Но она, похоже, от чистого сердца верила своему хозяину. Удивительно. Выходит, история с маленькой дриадой, оставшейся без древа и попавшей в плен, а затем выкупленной добрым ланистой на рынке рабов - это правда?

– Увы, - мягче, чем хотел, произнес я.
– Но вынужден разочаровать тебя. Джино медлил не из благих намерений. Он ждал подтверждения о продаже самки полоза. Не хотел, чтобы сделка сорвалась из-за проволочек с канцелярскими шпиками.

Я усмехнулся.

– Держал меня под боком. Подстраховывался. Старый интриган не хотел рисковать. Вдруг твои зелья подведут, и тварь очнется, рядом ведь есть дурачок Эрик со своей молнией.

Мидори было попыталась возразить, но я ее опередил:

– Это не мои слова. Так говорили в канцелярии. Джино действительно было плевать на меня.
– Я медленно поднялся и с удовольствием потянулся, при этом продолжая говорить: - Там, где я вырос, люди часто использовали одно выражение. Не пытайся одной задницей усидеть на нескольких стульях. В лучшем случае останешься без стула, а в худшем… Кхм… Ну, ты сама понимаешь…

Краем уха я уловил смешок гоблина.

– Думается мне, - продолжил я.
– Папаша Джино никогда не слышал о такой присказке. Помимо жирного куска от продажи темной твари ему захотелось большего.

– О чем ты?
– напряглась Мидори.

– Ты знала о том, что во время нашего путешествия не проходило и дня, чтобы Джино не начинал уговаривать Ми предать меня? По глазам вижу - знала. Меня, кстати, это нисколько не злило. Я отчасти понимал старика. Собственный целитель при такой хвори - о таком раскладе можно только мечтать! Тебя я тоже понимаю. Жив хозяин - тебе хорошо.

Пока говорил, краем глаза осматривал место, куда нас забросило. Мы у подножия небольшой скалы. По правую руку, шагах в двадцати от меня, небольшой водопад. Вокруг, на первый взгляд, обычный лес. Судя по яркому солнцу, теплой погоде и сочно-зеленой листве - сейчас конец весны или начало лета. Обычный пейзаж, каких полно в округе моего родного Орхуса. Только вот не следует забывать, где мы на самом деле находимся. В любой момент лабиринт может осчастливить нас сюрпризом.

Я не обошел вниманием моих спутников. Боровик и Добес держатся бодрячком. На первый взгляд - живы и здоровы. Оба развесили уши. Если гоблин понимающе улыбается каждому моему слову, то Боровик реагирует намного сдержанней. В его зверином взгляде читается сочувствие дриаде. А ведь еще несколько часов назад сам сомневался, помогать атрийке или нет. Чует мое сердце, нам еще предстоит о многом поговорить с этим странным магом.

– Хочешь сказать, что ты другой?
– с усмешкой в голосе спросила Мидори.
– Думаешь, я тебе поверю, что ты относишься к гремлину-фамильяру, как к члену семьи?

– Верить или нет - решать только тебе, - пожал плечами я.
– Кстати, ошибка Джино была именно в этом. Он не поверил. А зря. Ми предан мне не потому, что он мой фамильяр, а потому что мы семья. Кстати, Ми сам захотел присоединиться к нам. Мне пришлось согласиться.

– Еще бы! Это же фамильяр-целитель!
– съязвила Мидори.

– Я бы тоже не отказался от такого фамильяра, - подал голос гоблин.

Я обернулся. Добес и Боровик ухмылялись, как и почуявшая их поддержку дриада.

– Только вот очередь из гремлинов-целителей, готовых стать моими фамильярами, я не наблюдаю, - продолжил подшучивать надо мной Добес.
– Может, поделишься секретом?

Я хмыкнул и пожал плечами:

– Легко. Для начала нужно оказаться в Пустошах. Затем прибить несколько орков. Освободить из рабства гремлина. Далее, победив шамана орков, добыть радужную скрижаль с заклинанием целителя и отдать ее гремлину. Вот, собственно, и все.

По мере того, как я говорил, ухмылки сползали с их лиц.

– Хочешь сказать, что отдал радужную скрижаль кому-то другому?
– с подозрением в голосе спросил Боровик.

– Они разве существуют?
– ошарашенно произнес Добес.

– Оба ответа - да, - спокойно кивнул я и обернулся к Мидори.

В отличие от недоверчивых взглядов гоблина и мага, в глазах дриады читалось понимание. Все-таки за время совместного путешествия от приграничья до столицы Фрадии она имела возможность понаблюдать за нами.

– Папаша Джино рассчитывал, что бедняга гремлин, убитый горем после исчезновения хозяина, оставшись наедине с целой столицей, будет легкой добычей. Ничего не напоминает?

Мой неожиданный вопрос заставил Мидори вздрогнуть. Он ведь ее тоже не просто так из рабства выкупил. Помню, как огр жаловался, что была потрачена огромная сумма. Но, откровенно говоря, мне было плевать, что понадобилось старику от маленькой дриады. Меня интересовал только один вопрос, к которому я плавно подводил наш разговор.