Крис потёр мои руки.

— Ты не обязана рассказывать, если не готова.

Я взяла его за руки и обвила ими себя.

— Адам... Лилин, — исправилась я, потому что Крис ненавидел, когда я называла его по имени. — Он считал, что сможет использовать свой дар и заставить меня полюбить его, как это происходило со смертными девушками. Он... приходил ко мне в комнату, когда я спала, и подпитывал меня своей энергетикой.

Крис выругался, и я чувствовала, как его ярость нарастает под поверхностью. Я напряглась, ожидая, что он встанет и отойдёт от меня, но он остался на месте.

— Он не мог заставить меня полюбить его, но я начала... — я не могла произнести этого. Я не могла причинить ему такую боль.

— Ты почувствовала физическое влечение, — нежно сказал Крис.

Я через силу кивнула, и он поцеловал меня в висок.

— Тебе нечего стыдиться. Ты находилась под влиянием могущественного демона.

Мои глаза наполнились гневными слезами.

— Должно было быть неважно насколько он был силён. Он вообще не должен был заставлять меня испытывать к нему это. Как ты можешь прикасаться ко мне, зная, что я позволила ему это сделать с собой?

Крис поднял меня и усадил бочком на его колени. Я не в силах была посмотреть на него, поэтому он повернул моё лицо к себе. Свет от огня явил мне неистовую любовь, сияющую в его глазах.

— Ты не позволила ему это сделать. Он вынудил тебя.

— Но...

— Никаких но. Сила Лилина направлена на управление эмоциями, также и Магистр может заставить поверить во всё, что захочет. Они злодеи, Голубка. Я был бы таким же восприимчивым к Магистру, как ты к Лилин. Может даже больше. Стала бы ты думать обо мне хуже, если это случилось бы со мной?

Я шмыгнула носом.

— Нет.

Он вытер слёзы с моей щеки большим пальцем.

— Поэтому ты не хотела говорить о том, что случилось? Ты думала, что это изменит мои чувства к тебе?

Я отвела взгляд, не желая видеть его разочарования.

— Да.

Он притянул меня к груди, и я положила голову на его плечо.

— Я люблю тебя, Бет, и ничто не изменит этого. Скажи, что веришь мне.

Я вздохнула, почувствовав себя более непринуждённо и счастливо, чем была в последние две недели.

— Я верю тебе.

КРИС

Бет расслабилась в моих объятиях. Она была сама не своя с той ночи, как я вернул её домой, и все твердили мне, что ей просто надо время и любовь. Я буду давать ей всё, в чём она нуждается, как бы долго это ни было.

Меня убивало понимание того, через что ей пришлось пройти из-за этого ублюдка. Он покопался у неё в голове и заставил её верить, что она сотворила нечто плохое, что она была недостойна моей любви. Я хотел вернуть его к жизни, чтобы самолично убить его снова.

Она не рассказала мне о ночи, когда она убила Лилина, но она расскажет, как только будет готова. Хватит и того, что она смогла открыться мне о том, что чувствовала.

Я прижал её ближе и стал смотреть на воду, которая сверкала в свете полной луны. Когда мама предложила нам укрыться наедине в этом дом, она также заявила, что всегда считала этот остров магическим. Видя, как жизнь возвращается в глаза Бет за последние несколько дней, я начал полагать, что мама была права.

Бет подняла голову и посмотрела на меня, а потом прильнула и легонько коснулась губами моих губ. Со времени возвращения домой она впервые инициировала поцелуй, и я затаил дыхание, ожидая, что она сделает дальше.

Она положила руки мне на плечи и склонила свой рот к моим губам. Я открылся ей, позволив ей взять инициативу на себя, и едва не лишился разума от первого касания её языка о мой язык. Огонь воспламенил мою кровь, и я подавил стон, когда она запустила пальцы в мои волосы и обхватила голову, удерживая на месте, целуя меня неторопливо и всецело.

Я запротестовал, когда она разорвала поцелуй, и она сексуально усмехнулась, оставляя дорожку из поцелуев вдоль моего подбородка. Когда она языком коснулась моего уха, я еле сдержался, но остался сидеть смирно. Единственным моим желанием было уложить её на песок и боготворить каждый сантиметр её тела.

Горячее дыхание омыло моё ухо, и мир прекратил существовать, когда она произнесла:

— Мне нужен...

— Что тебе нужно? — хрипло спросил я.

— Ты, — прошептала она.

Я обхватил руками её лицо и посмотрел в её красивые серые глаза.

— Вот он я.

Она прикусила нижнюю губу, и её взгляд стал неуверенным. Я провёл пальцем по её губе и почувствовал, как она задрожала.

— Что такое, Голубка?

— Я хочу... — она застенчиво отвела взгляд. — Я не знаю, как доставить тебе удовольствие.