Три тентованных грузовика остановились, не доезжая площади. Из кузовов посыпались люди. К бандитам подошло подкрепление, причем весьма немалое.

По команде старшего лейтенанта на дорогу выехали сразу два бронетранспортера и начали обстреливать грузовики из пулеметов. В ответ ухнул, как лесной филин, РПГ-7, и один из транспортеров загорелся. Экипаж едва-едва успел выскочить на ту же дорогу и под прикрытием дыма и огня занять позицию в кустах акации.

Третий БТР прикрывал взвод сзади и сбоку. Его башня постоянно шевелилась, иногда даже вращалась по кругу, как сова головой вертит. Экипаж пугал противника огнем своего КПВТ, способного разнести в щепы любой забор вместе с людьми, которые за ним спрячутся, да и стену дома развалить.

В итоге развалились и загорелись все три грузовика, на которых бандиты прибыли в райцентр.

Сами же они к тому моменту уже выскочили из кузовов и рассыпались не только по дороге, но и по ближайшим дворам, откуда донеслись автоматные очереди и собачий визг. Собак, как и людей, бандиты расстреливали без жалости.

В таком положении взводу, естественно, было не до преследования оставшихся в районной управе бандитов. Да они, скорее всего, уже покинули здание через черный ход.

Старший лейтенант Семипалатин вызвал начальника штаба сводного отряда майора Лиговицкого и доложил ему обстановку. Майор запросил общее количество бандитов, удивился ответу старшего лейтенанта, но сразу включился в ситуацию и пообещал срочно выслать подкрепление.

Впрочем, понятие «срочно» в данной ситуации казалось Семипалатину достаточно растяжимым. Ведь военный городок спецназа находился почти в полусотне километров отсюда.

Старший лейтенант просто не знал, что два взвода, точно так же, как тот, которым командовал он, в настоящее время возвращались из свободного поиска той же дорогой и находились, по счастью, не слишком далеко. А если ехать напрямую, не по асфальту, то путь вообще можно сократить почти вдвое.

Но оповещение у бандитов тоже, похоже, работало хорошо. Тот факт, что подкрепление приближается к взводу спецназа, стал понятен Семипалатину тогда, когда заметно ослабел напор бандитов, которых было, пожалуй, раза в три больше, чем бойцов военной разведки, хотя вооружены они были похуже. По крайней мере, не все имели автоматы с глушителями и ни у кого не было оптических тепловизионных прицелов «Шахин», уже обычных в спецназе ГРУ. Потом бандиты и вовсе стрелять перестали, словно растворились в селе.

В райцентр прибыло еще шесть бронетранспортеров. Два взвода, остававшихся в резерве, включились в операцию.

Но бандитов в поселке уже не было. Уехать им было не на чем. Три их грузовика сгорели под выстрелами крупнокалиберных пулеметов бронетранспортера. Четвертый так и стоял около здания райотдела полиции. Но сами бандиты, похоже, вышли из поселка дворами к реке и растворились в прибрежных тугаях. Об этом говорили убитые собаки и расстрелянные жители домов.

Спецназовцы пробовали их искать, но это не дало никакого результата. В тугаях даже просто передвигаться трудно, не говоря уже о том, чтобы кого-то там найти.

Потом на трех грузовиках под прикрытием боевой машины пехоты в райцентр прибыл спецназ МВД. Вместе с ними следовали три микроавтобуса с сотрудниками республиканского и межрайонного следственных комитетов, о чем говорили надписи красной краской на белых полосах по бортам.

По телефонному звонку следователей врачи районной больницы прошли по домам и собрали раненых, которых еще можно было спасти. Таких оказалось только четверо. Все они были из числа бандитов, которые расстреливали местных жителей с невиданной жестокостью.

Эти нелюди были под ментовской охраной отправлены в хирургию. При этом не совсем понятно было, что именно должна была делать эта самая охрана. Заботиться о том, чтобы бандиты не сбежали? Но ведь их состояние и не позволяло им этого сделать. Или же охранять убийц от праведного гнева местных жителей?

Остальные на машинах «Скорой помощи» были сразу отправлены в больничный морг. Но места в холодильнике там быстро закончились. Поэтому часть убитых жителей поселка была увезена в соседний райцентр. Там холодильник морга был почти пустым и довольно вместительным. Туда же попали и тела бандитов, подобранные рядом с дорогой. Ведь бойцы взвода старшего лейтенанта Семипалатина все же стрелять умели куда лучше своих противников. Четверых легко раненных солдат своего взвода и одного тяжелого, получившего пулю в голову, старший лейтенант усадил в БТР и отправил в санчасть сводного отряда. Он совершенно справедливо не доверял местным медикам жизнь и здоровье бойцов, которыми командовал.

Спецназ МВД, прибывший на место трагических событий, по сути своей, как понял Семипалатин, таковым не был. Состоял он из офицеров разных званий, от лейтенанта до майора, собранных, как говорится, с миру по нитке, из сельских населенных пунктов Центральной России специально для командировки на Северный Кавказ. Менты влезли в черную униформу, натянули на себя бронежилеты с разгрузками и шлемы, получили оружие, отличное от пистолетов и короткоствольных автоматов, привычных им.

Конечно, они горели желанием проявить себя в бою, но какой из них мог получиться спецназ, старший лейтенант понял уже по их манере поведения и походке. Эти люди были горды собой и на настоящих солдат-спецназовцев посматривали слегка свысока, с легкой насмешкой, считали, что новая черная униформа придает им невероятные силы и возможности.

Семипалатин уже сталкивался с такими вот, извините, спецназовцами, не умеющими даже перекат и перебежку толком выполнить, не говоря уже о более сложных действиях. Но заострять на этом внимание старший лейтенант не стал. Тем более что разговор он вел не с командиром группы ментовского спецназа, а с руководителем следственной бригады. Ему Семипалатин и обрисовал ситуацию под протокол, а потом и подписал его, радуясь, что самому ничего сочинять не пришлось. Старший лейтенант не любил эти бумаги, особенно если их приходилось писать от руки, предпочитал любой необходимый текст набирать на компьютере.