Шрифт:
Вот тут как-то совсем не по себе стало.
Усыпить, парализовать, сделать все, что угодно, и оглянуться не успеть.
Как с этим вообще можно жить?
– Значит, выбора на самом деле нет? – спросила я.
– При добровольном согласии можно обсудить условия, - он криво усмехнулся.
– Что же в этом добровольного? Я не хочу… не хочу всего этого.
Он сидел передо мной и выглядел немного виноватым, растерянным, словно сам все это затеял.
– Прости… - сказал тихо.
И как-то даже стало жалко его.
– А твоя мать? – спросила я. – Она была такой же, как я?
– Да, - сказал он.
– И что с ней? Где она? В твоем мире ведь люди живут долго… кроме императоров?
Он невесело ухмыльнулся.
Я задаю странные, неудобные вопросы, ему сложно отвечать.
– Свою мать я почти не помню, - сказал он. – Только что-то очень смутное. Она была со мной до трех лет, потом мной занимались учителя. А ей был предоставлен дом на Кальменкуре, это… райская планета с мягким климатом.
– Она бросила тебя?
Линар нахмурился еще больше.
– Нет. Она сделала то, что должна была сделать, не могла остаться со мной. Воспитанием императора должны заниматься специальные люди. А…
Он хотел сказать что-то еще, но не сказал. Подобрался.
– У нее не было выбора? – сказала я. – И от меня могут потребовать то же самое? Родить ребенка и оставить его?
– Может быть, так даже лучше? – в глазах Линара мелькнул какой-то совсем дикий мрак, но он быстро отвернулся. – Ты не увидишь, что ждет его. Я бы не хотел видеть.
Нет! Как вообще можно соглашаться на такое?
– Я не хочу, - сказала я твердо. – Линар, я не хочу такой судьбы. Неужели ничего нельзя сделать?
Он покачал головой.
– Я хочу домой, - сказала я.
Может быть, лучше, пока не поздно, как-то совсем исчезнуть из этого мира? Пусть это будет сон. Это страшно, но… Ведь моя жизнь там дома продолжится?
Мне страшно и даже снова начинает подкатывать тошнота, когда я начинаю думать об этом.
Нужно сосредоточиться на чем-то здесь.
– Дай мне руку, - попросила я. – А то что-то голова снова кружиться.
Он взял меня за руку, быстро пододвинулся ближе, обнял за плечи… Даже потянулся было поцеловать, но вдруг смутился.
– Прости, я… Это хорошо помогает, но я не знаю, вдруг ты…
И как-то насупился. Смешной.
Он не уверен, хочу ли я этого? Раз уж у меня есть свое мнение, я могу не хотеть. Он надеялся, что я буду делать его жизнь проще, помогая… но со мной так не выходит.
И я тоже пока не знаю, чего хочу. Я не против его прикосновений, он честно хочет помочь. Это нужно и ему тоже, он словно котик, который хочет на ручки… большой котик. И все же, он вполне взрослый мужчина.
Потерла ладонями лицо, какое-то время сидела так, стараясь сосредоточиться. Лучше думать не о доме, а о чем-то, о чем мы говорили с ним.
– Подожди, - вдруг возникла странная мысль. – А как выходит, что ты не становишься двумя разными людьми? Ты говорил, что отделяется часть души и со временем формируется в отдельную личность? Та я, которая дома – это ведь уже не совсем я. Чувствую, это… не так, как у тебя. Я воспринимаю эти части не одинаково. Я – именно здесь, а не там.
– Да, - сказал он, чуть озадаченно моргнул. – У нас это происходит по-разному.
– А что с тобой принципиально не так? Почему?
– Все дело в способе разделения, - неуверенно сказал он. – И… в расстоянии, наверно.
– То есть, если отправить тебя, ну… хоть на ту же Кальменкуру, то ты станешь двумя разными людьми?
Он моргнул снова, словно даже не думал о таком.
– Может быть.
– Так почему не сделать этого?
Он уже почти собрался что-то ответить, когда вдруг, прямо перед нами открылся портал, и в спальню шагнул человек.
Глава 4. Попытка сказать «нет»
– Ваше Величество! – человек чуть заметно кивнул, что, должно быть, обозначало поклон императору. – Возникли некоторые технические сложности, мы должны забрать девушку для проведения диагностики.
Я аж моргнула, слегка офигев от такого. Меня хотят вернуть, словно неисправный пылесос? Сейчас заберут, и что там будет со мной? Разберут на запчасти? Вернут производителю?