– В том-то все и дело, Орландо, но что же нам делать с ними, если мы не пустим их вперед себя, спускаясь вниз?

Орландо взвесил на лапе свой топор.

– Позволь мне прикончить их на месте, это избавит нас от лишних хлопот.

Ласки снова заскулили.

– Прекратите выть! Слышите? Молчать!
– нетерпеливо гаркнул Матиас. Ладно. Вот что мы с ними сделаем, Орландо. Я не могу позволить тебе хладнокровно убить их. Это не в наших правилах. Мы отправим их в южном направлении. Сэр Гарри, вы сможете проводить их, чтобы они ненароком не пошли в другую сторону? Я очень сожалею, но там, внизу, будет недостаточно просторно, чтобы вы могли летать, - еще попадете в беду.

Сэр Гарри пожал плечами:

– Как угодно, как угодно, Матиас.

У каждого свое предназначенье,

И ваше я исполню порученье.

Попробуйте лишь вякнуть - острым клювом

Бежать желанье тотчас отобью вам!

Сэр Гарри подцепил клювом конец веревки-повода и полетел, волоча за собой пять спотыкающихся, не поспевающих за ним ласок.

Бэзил проводил их взглядом:

– Жаль старину Гарри. Он выглядел несколько раздраженным. Как думаешь, Матиас, он ушел очень обиженным?

Воин кивнул:

– Не сомневаюсь. Но не волнуйся, он вернется. Кстати, я хотел бы напоследок поговорить со всеми.

Маленькая армия собралась в роще вокруг Матиаса. Он встал на верхнюю ступеньку лестницы старой Глинобитной Обители и обратился ко всем:

– Во-первых, я хочу поблагодарить всех вас за помощь, за то, что пришли сюда, в такую даль, со мной. Вы оставили свои дома и родные земли далеко позади. У Орландо, Джесс, Джабеза и у меня веские причины рисковать жизнью. Мы спасаем своих детей. Вас же, остальных, я не могу просить принести в жертву свои жизни, помогая нам. Ведь это не ваши дети томятся там, внизу.

Заяц Бэзил Олень встал:

– Извини, старина, но юные Тим и Тэсс там, в плену. Что скажет мой закадычный друг Джон и его добрая жена миссис Черчмаус, если я возвращусь назад с пустыми лапами, без их детей? Идти ли мне с тобой? Да, я иду, и попробуйте только остановить меня - зайца Бэзила Оленя, эсквайра!

Щекач встал рядом с зайцем:

– Я - с Бэзилом. Он старый брюзга, и я его люблю. Вот так!

Бэзил и Щекач подошли к Матиасу и встали рядом. Лог-а-Лог вытащил свой короткий меч.

– Землеройки и Гуосим - друзья Рэдволла. Никогда я не начинал еще дела, которого не мог довести до конца. Я иду с вами.

Весь Гуосим, как один, следуя за Лог-а-Логом, встал рядом с Матиасом.

Орландо поднял свой громадный топор. Его голос был полон страсти, когда он воскликнул:

– Идем же, Воин, что мы медлим?!

Маттимео и остальные пленники были выведены из темницы. Надаз с несколькими черными крысами привели их на край уступа, туда, где стояло изваяние. Им разрешили поглядеть с уступа вниз.

Сквозь зеленую мглу Маттимео смог разглядеть тощие грязные фигуры молодых существ: белок, выдр, ежей, мышей. Одни из них тащили на тросах каменные блоки, а крысы-надсмотрщики понуждали их к еще большему усердию ударами кнута и дубинок. Другие поднимали блоки при помощи подъемных механизмов, в то время как третьи накладывали известковый раствор в проемы, предназначенные для очередного блока. Иногда кто-нибудь из этих юных существ вскрикивал и падал, не в силах больше работать. Тогда крысы нещадно били его, и он либо вставал, либо затихал совсем.

Оцепеневшие от ужаса при виде такой жестокости вновь приведенные рабы были поставлены перед статуей. Их заставили склонить головы, пока Надаз говорил с Малькариссом.

– Я Надаз, Голос Хозяина. О Правитель всего, что ниже земли! Это - твои новые слуги. Что прикажешь мне делать с ними?

Шерсть на загривке Маттимео встала дыбом при звуке голоса, исходившего из пасти с кристаллическими зубами.

– Они поглядели на мое Царство сверху. Скоро они будут иметь честь участвовать в его строительстве для меня, - произнес голос.

Стоя со склоненной головой и скосив взгляд, Маттимео увидал Витча, стоящего в веренице с другими рабами. Его держали две крысы. Мышонок тихонько толкнул Тэсс локтем:

– Смотри, кто здесь, - наш маленький погонщик, которого "наградили" за его службу. Надеюсь, меня закуют рядом с ним на какое-то время.

Тэсс резко топнула лапой, глаза ее сверкали гневом:

– Они могут заковать меня рядом с кем угодно, но я не буду строить никакого грязного подземного Царства для говорящей статуи!