— Макс, пусти.

— Ты же не хочешь уходить, правда?

Беру Еву за руку и вывожу на более освещенный участок и смотрю в глаза девушки. Взволнована, заинтригована, но почему-то напряжена.

— Идёшь со мной? — Протягиваю руку и даю ей возможность выбирать: домой или со мной.

Ладонь Евы накрывает мою, я довольно ликую, тяну её на себя, как мальчишка, и опять жадно целую. Сейчас же бы подхватил ей на руки и по пути к автомобилю целовал, но боюсь наша интимная сцена соберет зевак.

— Запрыгивай, — помогаю девушке сесть в машину, сам быстро оббегаю сзади и тоже сажусь за руль.

— Ты хочешь это сделать здесь? — Кусает губы и смотрит мне на топорщащиеся спортивки.

— А как ты это хочешь сделать?

— Отвези меня в парк, там есть небольшой пруд.

— Без проблем.

Ева отвернулась к окну, лбом прижалась к стеклу и всю дорогу молчала. Я же изредка позволял себе проехаться ладонью по её ноге вверх, коснуться резинки трусиков. Ева сильнее сжимала ноги, и как-то протяжно вздыхала.

Я даже не успел остановить автомобиль, как Ева зашевелилась. Я изначально не понял, что она делает, но когда полностью осознал её коварный план, едва не задохнулся. Она ловко выгнулась и стащила трусики, скомкала их и бросила на панель.

— Стерва, — рычу я, ставя машину на ручной тормоз.

— Ты передумал?

Твою мать! Вижу, как блестят её глаза и как коварно смотрит на меня, ладошкой пробираясь к моему измученному воздержанием члену.

— Я же тебя сейчас без прелюдии трахну, — резко тяну её голову к своему лицу и кусаю припухшие губы.

— А может меньше слов, Раевский?

Макс

Никогда не занимался сексом в машине, и не думал. Да и сейчас не было огромного желания корячиться в небольшом пространстве. И каким бы ни был затуманенный мозг, я понимал одно: подобным занимаются только малолетки. А я сейчас ещё хуже подростка, пытаясь заняться с Евой сексом без нужных условий.

— Романтики в машине не вижу, — рычу ей в губы, когда она слишком отчаянно пытается освободить мой набухший член из трусов.

— Макс, заткнись, — Ева затыкает мне рот болезненным поцелуем, выгибается, руками стаскивая платье.

Хорошо, что я успел свернуть в небольшую, плохо освещенную алею, и нас никто не спалит. Черт, я так и подозревал, что она сегодня без лифчика. Даже не подозревал, я видел это через тонкую ткань, горошины сосков недавно отчетливо проступали, отвлекая от разговора. Теперь я полностью во власти юной девчонки, которая светит передо мной своими прелестями. Да пошло оно всё к херам! Я давно хотел взять её в любой позе, в любом месте, а теперь включил праведника. Достало! Но не так!

— Ева, здесь мы этим заниматься не будем, — пытаюсь остудить пыл Евы, жадно тру её губы пальцами и едва не рычу от безысходности.

— Раевский разберись в себе!

И тут Ева делает то, что меня выбешивает до чертиков. Она хватает платье, распахивает дверь автомобиля и выбегает в ночь. Я не сразу сориентировался, куда она свернула, когда выскочил на улицу. В свете фар ни черта толком не видно, поэтому ориентируюсь только по шуршанию листвы под её ногами. Догоняю и ловлю шустрячку. Неплохо стартовала, едва успел перехватить и приподнять в воздухе.

— Прости, я не хотел тебя обидеть, — рычу ей в губы с надрывом, пытаясь укротить её.

Чувствую на губах вкус соли, и только теперь понимаю, что ревет. Всхлипывает так отчаянно, что я слышу, как мои зубы издают скрежет отчаяния.

— Макс, это какая-то пытка! Зачем ты так со мной?

Я не вижу её лица, но понимаю по тональности голоса, что девочка в отчаянии. Дрожит в моих руках, глотая слезы. Да она же перевозбуждена. Черт, черт, я даже не осознал, что так неожиданно наши тела среагировали друг на друга.

— Не плачь, сладкая, — качаю её в руках, пальцами перебираю её волосы и злюсь на себя. — Ты просто не заслуживаешь подобного отношения, делать это в машине в первый раз совершенно не привлекательно. А я очень жадный, я хочу видеть тебя всю, хочу смотреть, как в такт моим толчкам двигается твоя грудь, как ты сжимаешь простыни руками или прижимаю тебя спиной к себе и беру тебя сзади.

— Ммм, — сладко стонет мне в губы и сильнее прижимается ко мне всем телом.

— В гостиницу? Не передумала? — Улыбаюсь, но понимаю, что сейчас я могу самостоятельно решать за нас двоих.