— Вскоре их заменят законно выбранные представители.

— Вскоре — но все же не сразу, так ведь? Чен молчал.

— А тем временем, — продолжила Агнес Хаббард, — старые представители этих стран не могут голосовать. По вашим же, подчеркиваю, правилам.

— Слушай, Олли, — протявкал Гранди, — это на что она такое намекает?

Чен слегка нахмурился — непроницаемая маска оказалась не такой уж непроницаемой.

— Понятно, — сказал он, обращаясь не к своему напарнику, а прямо к Агнес. — Значит, верны слухи, что многие колеблющиеся переходили на нашу сторону по прямому указанию Хейстингза.

По бледным губам бабушки скользнула удовлетворенная улыбка.

— Я объяснила Генеральному Секретарю, что некоторые наши сторонники испытывают невыносимое давление и просто не могут больше сохранять лояльность ООН. — Немного помолчав, она добавила:

— И что не стоит заставлять их проводить политику, которая может привести к катастрофическим последствиям. В первую очередь это касалось японцев.

— Ну вот! — радостно взвизгнул Гранди. — Я же говорил, что они капитулируют!

— Да нет. — Глаза Чена внимательно изучали Агнес. — Они совсем не капитулируют.

— Почему? Вы что, подозреваете, что она задумала еще какое-нибудь мошенничество? «

Гранди взмахнул костлявым кулачком — и тут все встало на место. Дуэйн! Дуэйн Крегер!

Дуэйн был на три года старше Седрика. Он и его дружок, Грег Макклаклэнн, заводили младших ребят за сарай, чтобы там… Седрик и сам чуть не стал жертвой одного из этих сексуальных экспериментов.

Седрик поежился — и не от холода, царящего под огромным куполом ангара. Он боялся Дуэйна, он ненавидел Дуэйна — и все же не желал ему такого страшного конца.

— Просветите нас, мадам, — кивнул Чен.

— Вы утратили свое большинство, — развела руками бабушка. — К пятнице, или чуть позже, спикером Парламента станет Ху Нго.

Чен откинулся на спинку кресла и некоторое время смотрел в далекий, как небо, потолок.

— По моим расчетам выходит иначе.

— Пересчитайте заново. У нас сорок два голоса Неврополиса, восемьдесят с лишним голосов Сам-па. Остатки Средиземноморья — там сто процентов наших. Вы лишили права голоса Китай, Японию, большую часть Индии…

Перечисление тянулось и тянулось, в бабушкином голосе не было и следа торжествующего злорадства, только холодная уверенность врача, ставящего диагноз, да обычная ее нетерпеливость.

Седрик продолжал рассматривать Гранди. Ну да, ну точно — Дуэйн Крегер, только сильно постаревший. Такая же злая, пакостная морда. И те же длинные клыки — вон как этот тип оскалился, слушая бабушкины расчеты.

— Возможно, вы и правы, — вздохнул Чен, — силы почти равны. Но некоторые из купленных вами делегатов могут, по здравом размышлении, изменить свою позицию, так что кратковременная приостановка заседаний Парламента…

— Приостановки не будет.

— В таком случае роспуск и проведение всеобщих вы…

— Роспуска тоже не будет.

Несколько секунд глухой, тяжелой тишины, а затем — невероятный, нечеловечески низкий голос, уже не бас, а рокот лавины, сошедшей с далеких гор:

— Ваша коалиция неустойчива. Долго она не продержится. Возможно, вы и вынудите меня уйти на время в подполье, однако через месяц-другой, когда новые представители Китая, Японии и прочих стран займут свои места в Парламенте…

— Идиот! — взвизгнул Гранди. — Придурок! Эти выборы пройдут под контролем Ху! Ты не видел других противников, кроме маразматичного жулика Хейстингза, а ведь я тебя предупреждал, я все время тебя предупреждал, что он кликнет на помощь эту.., эту ведьму, эту ядовитую гадину!

Вот-вот, Дуэйн тоже любил валить всю вину на кого-нибудь другого.

Но Чен все так же игнорировал своего напарника; они с Агнес Хаббард пристально смотрели друг на друга, словно выжидая, кто же не выдержит и сделает первый ход. Победа досталась Агнес.

— Было бы крайне наивно поднимать крик об ударах ниже пояса, однако надо заметить, что вы, директор Хаббард, ввели в игру новый фактор. — Впервые за все время переговоров Чен выказывал явные признаки раздражения. — Вы применили абсолютно неожиданную угрозу — но я очень сомневаюсь, что такой шантаж может продолжаться долго. Вы используете в качестве оружия детей! Где они? Что вы с ними сделали?

Седрик оторвал глаза от Гранди — отвратительной копии отвратительного Дуэйна. Что это там такое насчет детей?