— Ах, редкая учтивость! Мне тогда стоит извиниться за разрушение ворот, да? Но это последняя ошибка адмирала Рокера, я тут ни при чем.

— Понимаю. Ты ни при чем.

— И ты собираешься завтра отпустить нас всех домой.. уже сегодня, да? И я буду подальше от тебя.

— Ну.. Слушай, Мэви… Скорее всего я уеду по крайней мере на одну ночь.

Можешь оставаться до моего возвращения, если хочешь.

Он не мог повысить ее в звании, но хоть что-нибудь может же он ей предложить.

— А с чего мне оставаться? — спросила она более резко, чем говорила раньше.

— А Вэлхэл?

— Что — Вэлхэл? Что плохого в Аркадии? Он удивленно пожал плечами.

— Просто я подумал… Ну, делай, что нравится.

— О, сделаю. — Она выпрямилась. — А ты как думал?

— Никак.

Его слишком беспокоит ситуация в Кохэбе, чтобы играть с Мэви в угадайку. И «закрепителя» он в последнее время не принимал — забавно, насколько это изменило его отношение к ней. Полнота Мэви, очаровывавшая его раньше, теперь казалась не более чем излишеством.

— Нет, скажи. Мне действительно интересно. С чего ты взял, что я хочу остаться в Вэлхэле?

Ответить на этот вопрос, не оскорбив Мэви. было невозможно, но он постарался произнести следующие слова бесстрастным и деловым тоном.

— Потому что ты продавалась, трахалась, обманывала и предавала все и вся лишь для того, чтобы стать хозяйкой в Вэлхэле в том случае, если мне удастся отнять его у Рокера. Посему я предположил, что ты все еще им интересуешься, только и всего. Резонное предположение. Ну и ладно. Это было давно. Как ты сказала, теперь это не важно.

Она будто бы на некоторое время задумалась, а Ваун тем временем вешал на плечо Джайенткиллер и застегивал мундир.

— Вот ведь гад какой! — нежно проговорила Мэви. — Так ты считаешь? Ты все это время думал об этом вот так?

— Как же еще?

Ваун снова задумался о запасной паре ботинок.

— Ну, сознаюсь, я не всегда была честна. Я никогда не утверждала, что я застенчивая девственница, но мне никогда не приходило в голову… Ты до сих пор так считаешь, да?

— С небольшими оправданиями, — ответил он, начиная раздражаться. — Может, когда-нибудь ты пошлешь мне записку, объяснишь, в чем я ошибался. А пока, если ты позволишь, мне надо бежать.

— Ты в беде? Когда мужчина берет пистолет и бежит в ночь, он, наверное, в беде. — Она встала — бесформенное пятно в домашнем халате. — Неприятности, Ваун? Могу помочь?

— Нет. Ну ладно, успокой свою легкомысленную дочь, хорошо? Мне бы не хотелось, чтобы она обращалась к широкой общественности до моего возвращения.

Был бы благодарен. До свидания, Мэви. И спасибо, что позаботилась о раненых.

Он отвернулся.

— Подожди! Ваун… будь осторожен! Он остановился в дверях.

— Что это значит?

— Проблемы. Q-корабли, пиподы, Патруль, Братство. Полагаю, это значит, что мне очень не хочется, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Он фыркнул во внезапном приступе досады.

— Слезное прощание? Помнишь, как я отправлялся на перехват «Юнити»? Когда я притворялся Приором? Когда мои шансы вернуться были один к миллиону?

— Да. Конечно, помню. А что?

— Мы тогда были любовниками. Или я был. Тогда ты не сказала «до свидания», Мэви. Ты уехала из Хайпорта. Ты бросилась обратно в Вэлхэл. Так чего ж прощаться теперь? Возраст немного стирает острые углы?

— И это терзало тебя все эти годы?

— Нет, конечно! Но тогда терзало чертовски — то, что ты уехала, не попрощавшись. — Она попыталась что-то сказать, и он заговорил громче. — Я был очень глуп, да? Мне следовало бы тогда понять, что я ничего для тебя не значил, кроме пропуска к кормушке, который перестал выглядеть достаточно надежным. Это все, что тебя интересовало. О, мне нужно было понять это тогда! Мне надо было знать.

А я не понял. Когда я вернулся живым, ты бросилась в мои объятия… И я поверил.

— Ваун… Дело было не в этом! Он засмеялся и открыл дверь.

— Ваун! Пожалуйста! Он остановился.

— Ваун, пожалуйста, не сходи с ума. Я не попрощалась в тот раз, потому что не была способна это выдержать. Я струсила, да, но это из-за того, что я любила тебя, поэтому я убежала.

Он хмыкнул.

— Рокер сказал мне, что ты не вернешься — ни за что! Йецер должен был убить тебя, если этого бы не сделало Братство, так он сказал. Поэтому-то Рокер и не побоялся рискнуть Вэлхэлом, потому что ты никак не мог вернуться живым. А я, зная об этом, не могла даже смотреть на тебя! Ты можешь себе представить, как я себя чувствовала, зная, что я натворила?