М, раздраженно: Какая ерунда!.. Почему она это говорит? Что происходит?

А, естественным тоном: Значит, она не понимает. (Пауза) Потому что, если бы она говорила: «Я не понимаю», ее бы не поняли. Понимаете?

М: Нет.

Никого это не беспокоит. Переходят к другой теме. Б тянет А за собой. Внезапный диалог между А и Б, который не переводится. Б показывает на что-то в зале.

Б, обращаясь к A, как ни в чем не бывало: Юми кабайе срау, срау (?)

А, смеется: Правда?

Б, смеется, показывая все туда же: Окоа юми (?)

Б хохочет. М оказывается устранен из их разговора. Ему бы очень хотелось понять.

А смеется: Нет, нет, я в это не верю, это невозможно… нет…

Б, тоже смеется: Окоа окоа (уверяю вас, это тк).

М: Что происходит?

А, опять смеется: Это непереводимо.

М смеется так, словно смех вызывает само слово «непереводимо», это выглядит очень глупо.

М: Непереводимо!.. Непереводимо!.. (Он смеется, затем пытается их «догнать») Еще одно предположение: если бы вы могли выбирать, какое выражение оставили бы вы из французского языка?

А и Б смеются, словно им известен ответ. М внезапно тоже начинает смеяться, словно он угадал его. Затем А пересекает сцену своей некрасивой, тяжелой походкой, и направляется к Б:

А, обращаясь к Б, ледяным тоном: На самом деле, если рассуждать логически, вместо того, чтобы по-идиотски смеяться, вам следовало бы ответить, что вы не знаете.

Б, обиженно, ледяным тоном: О, о, о, о.

Б пересекает сцену, на ходу подбирает бидон, обнаруживает в себе музыкальные способности и принимается наигрывать, стуча по нему; довольно продолжительная сцена. А и М смотрят на нее с беспокойством и любопытством.

Б напевает на мотив камбоджийской песенки: Алло, алло, это йа.

М тут же подходит к Б: Да, да. У него спрашивали: «Кто это, я?» Он говорил: «Йа». Умолкал. Направлялся в сад. Начинал сначала: «Алло, алло, это йа», Его ни о чем не спрашивали: спустя какой-то миг он отвечал: «Йа, йа».

Б, гнусаво, с гримасами: Йа, йа.

М, радостно: Да, да.

Б, взрыв радости: Йа, йа… Юми прей ноа срау!

Б подпрыгивает от радости. Необъяснимое веселье. Затем она успокаивается. А и М терпеливо ждут, пока пройдет веселье.

А, обращаясь к М, мрачно: Она говорит, что очень, очень довольна.

М, раздраженно: Почему она все время об этом говорит?

А, обращаясь к Б, очень раздраженно: Верно. Почему вы все время об этом говорите?

Б, покаянно: Ноа срау юми.

А, успокоившись: Потому что она полагает, что мы не поняли, до какой степени она была довольна.

М, раздраженно: О ля ля… если бы мы не поняли!!! Прежде всего, почему она довольна? а? почему?

А, обращаясь к Б, раздраженно: Да, верно… Почему, в конце концов, вы довольны?

Б, спокойно: Юми нимас.

А, негодующе: Знаете, что она говорит?

М: Нет.

А, взрывается: Так вот, ОНА НЕ ЗНАЕТ!!

М, негодующе: Скандал! Какая неприятность!

А, продолжает: Полная антипатия. (Пауза. Очень спокойно) Почему вы довольно? Вы скажете или нет?

М, спокойно и отчетливо, забирая у Б бидон: Все очень просто, если она не скажет, я пойду и куплю бензина. (Сам себе) С этим бензином я заведу автомобиль, а затем поеду в… (он подбирает слово, затем его находит) в Ливерпуль.

А, обращаясь к Б: Слышите его? Если вы не скажете, он смоется в Ливерпуль (Она хнычет) Мы здесь останемся одни (она показывает на сцену), одни, одни, как ДВЕ ОДИНОКИЕ ЖЕНЩИНЫ…

Б, умоляюще: Ньет Ливерпуль! Ньет Ливерпуль!

М: Да, в Ливерпуль. Стоит вам только сделать усилие…

Он показывает себе на лоб.

А: Верно, стоит вам только сделать усилие… нет, ну что же это такое? (С королевским спокойствием) Посмотрите на нас, разве мы довольны?

М: И даже если это так, мы ведь не превращаем это в какое-то кино.

Б, в сильном волнении: Юми объяснинос!

А, удовлетворенно: Вот, сейчас она нам объяснит.

М: Браво!

Они подходят к Б, которая долго размышляет.

Б, наконец, объясняет в трех словах: Судрина юми натаган…

Б бросает взгляд на бидон. Мужчина заслоняет его собой. Б опечалена.

А, негодующе: Знаете, что она говорит??

М: Нет.

А, все так же одним махом: Что все причины, которые у нее были, чтобы быть недовольной по-французски, превратились в причины, чтобы быть недовольной по-шагански, и что раз уже вовсе не обязательно, что нечто не существовавшее раньше не начнет в один прекрасный день существовать, нет никаких причин, чтобы это прекратилось.