Засыпала я с твердой уверенностью, что завтра испробую этот шанс. Впервые я одна на корабле, нельзя упустить эту возможность!

Но наутро уверенность в себе была уже не так сильна: я не могла похвастаться знаниями о работе метхских звездолетов. И это могло стать для меня неодолимой проблемой. Радовало, что это единственная причина, что сдерживала меня, не позволяя увериться в возможности спастись. Реакции Кирена я совершенно не боялась! Но сейчас, увлеченная важной целью, не задумывалась о нехарактерном ощущении бесстрашия: когда из моего сознания исчез патологический страх перед меднокожим мужчиной?..

С облегчением восприняв факт одиночества, поспешила в купальню. Там, сполоснувшись быстрее, вернулась назад, надеясь, что имеется очередной балахон для меня в 'бельевой' системе — расхаживать по звездолету голой опасалась. Одежда обнаружилась. Тратить время на еду я не стала: что если Кирен вернется, и больше такого шанса у меня не будет?

Первой задачей было выбраться из каюты! Скользнув к панели возле входной двери, на миг зажмурила глаза, решаясь: или получится, или меня ждет жестокое разочарование! Хвост, выдавая мое состояние, тревожно подрагивал, придавая подолу одеяния некоторую подвижность.

'Сколько раз я наблюдала за тем, как это делал Кирен?' — казалось движение заучено до автоматизма и мной.

Постаравшись успокоиться, плавно поднесла руку к панели с незнакомыми символами. Эта 'иконка', затем — третья в четвертом ряду, вторая — в седьмом и… первая в третьем. Сделала все необходимое и замерла в томительном ожидании: ну же…

Казалось, механизм открывания никогда еще не срабатывал так медленно — или это меня трясло от страха. Что если не справлюсь? И все ожидания развеются несбыточным миражом?

Но зрительная память не подвела — заскрипев, тяжелая дверь каюты капитана отъехала в сторону, открывая мне пусть… к свободе? Первый шаг за пределы своей 'клетки' делала с осторожностью — едва слышное дыхание — единственный шум. Босыми ногами ступала беззвучно, опасаясь, что помимо меня на звездолете может еще кто-то оказаться. Да хоть бы и сам Кирен? Вот уж тогда мне не ждать пощады!

В прошлый раз, выбравшись из его каюты, я инстинктивно старалась удалиться от той части корабля, где находились системы управления. Сейчас же, подавив в себе подспудный страх, двинулась именно туда. Метхский звездолет был небольшим, вероятно, большая скорость и маневренность имели большее значение, нежели комфорт и вместительность. Как я уже поняла, Кирен не склонен был участвовать в масштабных налетах, а для целей небольшой 'шайки грабителей', кем и являлась его команда, места тут хватало.

За этими мыслями, пару раз свернув не туда и вынужденно вернувшись, я наконец-то вышла к округлому помещению, явно нужному мне. Почему? Большие экраны по периметру стен, где сейчас отражался небольшой космопорт, и пульсирующая слегка приглушенным светом большая панель, чем-то похожая на миниатюрную в каюте Кирена — не оставили сомнений.

'В режиме полуактивности' — откуда-то из детства пришло понимание блекло поблескивавших светом незнакомых обозначений на панели.

Бросив по сторонам внимательные взгляды и убедившись, что никто не охраняет это место, я стремительно приблизилась к средоточию всех систем корабля. И…

'Ничего не понятно, — дважды пристально всмотревшись в неровные ряды символов, с ужасом осознала. Вопреки моей изначальной принадлежности к более развитой цивилизации, я не способна заставить звездолет взлететь! Даже в сравнении с Киреном, который всего лишь зазубрил алгоритм последовательных действий для работы корабля, я понимала меньше. — Без знаний любой из нас — бессилен'

На миг стало очень страшно — ощущение тюрьмы, не покидавшее меня все эти годы, стало таким ярким, подавляющим…

— Я обещала! — вслух для усиления эффекта, зашипела на себя, стараясь прогнать туман обреченности.

Плюхнувшись в явно капитанское кресло, немигающим взглядом уставилась на панель перед собой: тут точно должна быть автоматическая система пилотирования, Кирен сутками совсем не пропадает 'за штурвалом' — значит, изначально задает координаты цели и потом просто периодически проверяет, не сбился ли курс. А координаты родной планеты я знала, каждый из нас узнает их в числе первой информации об окружающем мире.

Взгляд, замирая на каждом изображении, плавно перемещался от символа к символу. Первое, что я смогла понять — это изображение уровня заряда в двигателях. В памяти смутно маячила картинка — брат показывал мне подобные датчики на нашем звездолете. Там это выглядело сгустком яркого пламени: чем ярче оно пылало, тем выше был заряд. Тут же… поразмыслив несколько минут, пришла к выводу, что излучающие холодный белый свет панели и демонстрируют уровень заряда.

'Едва светится одна из трех, — я поняла, что метх не зря пригнал корабль для прохождения 'обряда', он определенно нуждается в дозаправке — в подпитке энергией, или замене энергетических блоков, зависит от того, как устроены их топливные системы. — А значит, пытаться взлететь, означает обрести себя на катастрофу — звездолет не сможет разогнаться, преодолевая притяжение, и рухнет на поверхность планеты'