— Джо, да он маньяк! — возмутился Фёдор.

— Что значит «наверное»? — удивился Фёдор. — Он железобетонно маньяк!

— Что за заточение такое?

— А что там? — спросил он.

— А зачем ты ему помог? — спросил он у друга. — Ведь, наверное, это было не так-то и просто.

Первое, что бросилось Фёдору в глаза по прибытии — это несколько поединков в разных местах лагеря. Он сначала было бросился к ближайшим дерущимся игрокам, но быстро заметил, что возле них стоит третий и что-то им говорит. Дерущиеся остановились, кивнули и продолжили поединок. Это была тренировка, а не бой. И почти сразу же к Фёдору подбежал Гриб и отчитался:

Бобёр успокоился и просто стал плакать.

— Мой принц! Я Вам ещё нужен? — спросил он, уважительно преклонив голову.

— Не то слово, но я уговорил отца, заменить заточение на ссылку. Дело было накануне праздника, королю полагалось совершить несколько добрых дел, и тут я подсуетился. В общем, Киледрона приговорили к ссылке на вашу территорию. Навсегда. Без права даже подавать прошение о возвращении. Но поверь, это лучше, чем торчать в камне. Тем более, мне кажется, ему у вас даже лучше. Здесь он может заниматься тем, что ему нравится больше всего. А нравится ему боль. Он любит боль и знает про неё всё. Когда ему некого мучить, он истязает себя. Наверное, он маньяк.

Друзья покинули таверну, отошли от постоялого двора на соседнюю пустую улицу, и Джодок при помощи телепорта перенёс себя и Крыса в захваченный лагерь Призрачных Охотников.

— Что-то вы рано, — как ни в чём не бывало, сказал Киледрон, увидев вошедших. — Мне бы ещё минут сорок.

— А почему именно Тайный Орден? — опять спросил Крыс. — Это у них так клан называется?

— Дуболом и Питбуль собирали рабов для Тайного Ордена, — прохрипел до этого молчавший Кровосток. — Я это случайно узнал.

— Ты шутишь опять?

— Не верю! — Джодок покачал головой. — Вот ни одному слову не верю!

— А кто он, вообще, такой?

— Как сгоняли? — спросил он. — Удачно?

— Хочу, — согласился Фёдор. — Но такие методы, это перебор.

— Нет, ничего, — Фёдор еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. — Скажи, у вас там на эльфийщине берёзки растут?

— Как всегда, Дуболому.

— Я хочу знать, кому предназначались все рабы, которых вы ловили? Кому вы хотели передать меня? Зачем вам, вообще, понадобился раб эльф?

— Я неправильно выразился. Хотел сказать, я их не прочитал даже. Просто обратил внимание, что, кроме имён, не было никаких статов! Мне не до того было.

— Ну более правдоподобно, — согласился Джодок и обратился к Фёдору: — Крыс, ты ему веришь?

Фёдор пожал плечами, он уже не знал, чему верить, а чему нет. Слишком много непонятной и зачастую пугающей информации он получил за последние два дня. Сейчас же Крыса очень смутили слова Кровостока, что у таинственных покупателей не было видно характеристик. Версия, что это были эльфы, выходила на первое место. Недаром Джодок так занервничал в том лагере, когда столкнулся со странными заклятиями. Видимо, они были эльфийские, и, скорее всего, Джодок собирался ехать домой не для того, чтобы узнать, кто наложил эти заклятия, а просто чтобы выяснить, как их снять.

И теперь Фёдора больше всего интересовало, велась ли деятельность этих покупателей с согласия эльфийских правителей, в том числе и отца Джодока, или это была инициатива какого-то небольшого тайного ордена. В любом случае ситуация была неприятной.

— У меня к ним вопросов больше нет, — негромко произнёс Крыс и покинул хижину.

— Повисите пока, ребята! Никуда не уходите! Я скоро! — объявил Джодок пленникам и отправился за Фёдором.

На улице он подошёл к другу, удивлённо посмотрел на него и спросил:

— Что с тобой, бро? Ты чего ушёл? Думаешь, они больше ничего не знают?

— Я думаю, они сказали достаточно, чтобы мы могли сделать определённые выводы.

Джодок ненадолго замолчал, после сказал уже совершенно другим тоном:

— Это и мне не нравится, они не имеют право так делать по тройственному соглашению. Это рушит баланс.

— Индигены ушли первыми, — продолжал тем временем эльф. — Сразу же, как только появились такие как ты: странные, постоянно исчезающие, неизвестно откуда появляющиеся, проводящие много времени в потустороннем мире, заявляющие, что приходят в наш мир играть. У вас были необычные имена, к которым мы со временем привыкли, вы рассказывали диковинные истории про свой потусторонний мир, который вы называете «реалом»…

— Наверное, потому, что они для них не предназначались, — спокойно ответил Джодок.

— Это было бы слишком даже для таких отморозков. Но ты же понимаешь, отпускать их нельзя, будут мстить, придут отбивать назад базу. Придётся на них отвлекаться, а у нас дел полно. Поэтому главарей шайки заберу с собой, отдам отцу, а четвёртого отпустим.

Такого ответа Фёдор не ожидал и немного растерялся.

— А почему Крысу переходить дорогу, а не Джодоку?

Фёдору невероятно надоели все эти пафосные разговоры о благородных эльфах, которые своих не бросают и не обманывают, он хотел сказать Джодоку всё, что думает на этот счёт, но его смутило исключительно печальное лицо друга. Казалось, эльф действительно сильно расстроился.