Шрифт:
Найти следы кабанов было проще простого, начав путь от разрытых грядок на краю деревни. Не знаю насчёт обычных кабанов, а эти никого не боятся и следы оставляют свободно, чёткие и хорошо различимые.
– Между прочим. Если цель - найти их логово, или лёжку, или как там это называется, то делать это придётся тебе - заметил я.
– Я по лесу ходить не умею, и их спугну. Плюс, за телегой нужно присмотреть, а то я этих деревенских знаю… Не побоятся алхимика обокрасть.
– Да, слуга тебе нужен - кивнул призрак.
– Но я не могу далеко отлетать от филактерии, и тащить её далеко тоже не смогу.
Мы переглянулись.
– Проблема… - пробормотал я.
– Решаемая - возразил наставник.
– Используй голема.
Мы снова уставились друг другу в глаза, и он понимающе вздохнул.
– Ладно, я покажу, что делать. Был у меня один знакомый во время учёбы…
Голем Летающий Разведывательный, модель "воробей". Тот самый школьный знакомый Десмонда использовал таких, чтобы подсматривать за девчонками в ванной…
– Это что?
– осведомился алхимик.
– Мм. Воробей?
– предположил я.
– Это блин комом - отрезал Десмонд.
– Хотя лапки похоже получились, н-да… Без них твой Нилу был бы похож на воробья больше. Попробуй хотя бы крылья вылепить.
…
– …прекрати это - страдальчески произнёс алхимик.
– Ты убиваешь само понятие искусства… Если хочешь что-то сделать хорошо, делай это сам, да уж.
Я пожал плечами.
– Не скульпторы мы…
…
– Красиво - признал я, изучая его творение.
– Только что это такое?
– …бомба - признался Граалеш, смущённо почесав затылок.
– Ума не приложу, почему она получилась вместо воробья.
…ну, на этот вопрос я уже мог бы ответить, успев его изучить.
В конечном итоге - не без моих аккуратных поправлений, когда взрывоманьяка снова начинало заносить - нам всё-таки удалось изготовить каркас, признанный годным для полёта, и я вложил в него Жизнь. Управление полётом взял на себя Десмонд, решив, что учить меня сейчас будет слишком долго… но вообще - нужно будет. Я был с этим согласен.
– Я их нашёл - с явным удивлением в голосе сообщил призрак.
– И там действительно есть осколок, я чувствую…
Взрывать свинину в логове было неразумно, испортим трофей, а к большинству ядов они устойчивы - к тем, что могли бы изготовить мы с Десмондом, точно. Правда, у меня ещё оставался некоторый запас "растворителя плоти", но на предложение его использовать призрак возмутился, что я хочу оставить его без мяса.
В итоге мы совместно изготовили несколько самоходных миниголемов-бомб, и, замаскировав телегу - так, чтобы потом не потерять место самим - отправились к месту.
Добрались к закату. И на моё счастье именно в этот момент из ямы, ведущей, по словам Десмонда, филактерий которого я захватил с собой, в небольшую подземную пещерку, послышался шум: кабан просыпался.
И, определённо, я ощущал нечто, доносящееся из дыры… я не про звериную вонь. Некий призрачный жар… Странное ощущение.
Эликсир, убирающий запах, я принял, а сейчас было самое время становиться невидимым… редкостная кислятина это зелье.
Бомбоголемы - на место, удобная возможность прикончить свинину…
Внезапно Десмонд нахмурился.
– Стой взрывать - произнёс он, поморщившись при этой противоестественной для себя фразе.
– Тут что-то не то.
Ну… Ему виднее.
Я замер, слушая, как приближается фырканье, непохожее на звуки, издаваемые свиньями.
И, наконец, из-под земли показался хозяин логова.
М-мать моя женщина… Здоровенная чешуйчатая туша, метра два от пятачка до копчика, не меньше. Пара желтоватых рогов, и, мать её, КРЫЛЬЯ.
И самое примечательное - торчащая в боку штуковина, горящая оранжевым пламенем. Видимо, этот самый "осколок".
Свинтус разбежался, взмахнул крыльями - и взмыл в небо.
– Это не драконов свин, это натуральный свинодракон… - пробормотал я, провожая его взглядом.
– Что делать будем?
– Элементарно, мой дорогой Лоза - отозвался Десмонд; он тоже задумчиво следил за полётом свинодракона.
– Отбивную.
Я нахмурился, а затем хлопнул себя по лбу.
– Вы совершенно правы, коллега…
В ожидании возвращения свинины я занимался расщеплением, синтезом, и лепкой, под присмотром изображающего тошноту призрака. Вовсе и не настолько плохо получается… Ну и учился управлять тем, что, по утверждению Десмонда, сумело преодолеть "барьер тошноты".