— А если он просто исчезнет из твоей жизни? — процедил Эдмер. — Я могу похлопотать, чтобы его перевели в Академию в другом государстве. В Артгар или Мингр, например.

— Нет, не нужно! — она даже в лице переменилась. — Сейчас я могу хотя бы издалека его видеть. И, пожалуйста, поклянись перед ликом Творца, что не причинишь ему вреда! Сам не убьешь и не станешь никого для этого нанимать или просить! Иначе я… — Элеонора решительно вытерла слезы и с вызовом посмотрела на него. — Если буду знать, что к смерти моего любимого причастен собственный отец, я не смогу с этим жить.

Проклятье! Эдмер даже не предполагал, насколько далеко зашла Элеонора в этой своей дурацкой влюбленности. Упрямая и неистовая во всем. Если уж что-то втемяшит себе в голову, с дороги не свернет. И ведь сделает, как говорит! Он это четко видел по ее глазам.

— Хорошо, если ты так хочешь, я поклянусь в этом, — скупо сказал он, мысленно добавив, что найдется и так достаточно желающих отправить Аллина на тот свет.

Эдмер прошел в угол комнаты, где в окружении свечей стояла статуэтка Творца — мужчины, одетого в плащ с глубоким капюшоном, чье лицо оставалось закрытым для людей, а руки были вскинуты вверх в благословляющем жесте.

— Клянусь перед ликом Творца, что не стану убивать или поручать кому-то убийство Аллина Нерта. Если, конечно, тот не нападет первым на меня или моих близких, и я не вынужден буду защищаться, — проговорил король.

Он извлек из ножен небольшой кинжал и надрезал себе ладонь. Направил стекающую с нее кровь на одну из свечей.

Вместо того, чтобы погаснуть от этого, она вспыхнула ярче, показывая искренность клятвы и то, что Творец ее принял. За спиной послышался облегченный вздох Элеоноры, все это время пристально за ним наблюдающей.

— Ну вот и все, — король активировал целительский артефакт и приложил к ранке, которая начала быстро затягиваться. — Ты можешь быть спокойна насчет своего Нерта. Но и ты, в свою очередь, должна вести себя как подобает принцессе. Ничем не запятнать честь нашей семьи.

— Обещаю тебе это, папа!

Элеонора подошла к нему и опять уткнулась ему в грудь. Он осторожно привлек ее к себе. Дождавшись, когда дочь окончательно успокоится, усадил ее в кресло и сам сел напротив.

— Скажи, неужели никто из тех молодых людей, которые тебя окружают, не нравится тебе хотя бы самую малость? Пусть это не любовь, но симпатии и уважения в таких вещах более чем достаточно.

— Принц Ланфер неплох, — неохотно признала Элеонора. — Он очень деликатный и сдержанный. И с ним интересно беседовать.

— Мужчин дроу учат угождать и нравиться женщинам, — улыбнулся Эдмер. — Так что это неудивительно. Они редко бывают агрессивными и воинственными, как наши, или, тем более, оборотни.

— Да и женщины у дроу главные, — кивнула Элеонора. — Я тоже об этом думала. Если уж у меня не будет другого выбора, то Ланфер меня устроит.

— Не Палмер Дармент точно? — чисто ради проформы спросил король, уже понимая, что услышит.

Элеонора поморщилась.

— Ни за что! Тем более мне по секрету сказали, что это он заплатил Соллину за вызов Аллина на дуэль.

— Про оборотня даже не спрашиваю, — усмехнулся король. — Ну что ж, время у тебя пока есть, дорогая. Никто не торопит. В любом случае вначале тебе нужно закончить Академию. Хотя, конечно, помолвку желательно объявить раньше.

— Я подумаю, папа, — покладисто сказала девушка.

А Эдмер с грустью подумал о том, что вряд ли бы она была столь покладистой, если бы он не произнес клятву. Да и вообще какое-то безразличие и опустошенность в глазах Элеоноры, что появилось, когда она признала необходимость держаться от Аллина подальше, его беспокоили. Еще недавно такая живая и эмоциональная, сейчас Элеонора напоминала тень себя прежней. Эдмер лишь надеялся, что это временное состояние после недавнего выплеска эмоций. С удивлением понял, что на самом деле не хочет, чтобы девочка менялась. Теряла свою индивидуальность и эмоциональность.

— Папа, — вдруг сказала Элеонора, когда они уже закончили разговор и он поднялся, — ты можешь вернуть мне кольцо? Аллин сказал, что посчитал правильным вернуть его тебе.

Король скупо кивнул.

— Хорошо, в ближайшее время я это сделаю.

Как бы он ни хотел признавать, некоторые поступки этого молокососа были не лишены благородства. Он и правда не стал рассказывать про их разговор Элеоноре, как Эдмер и просил. Придумал способ, как заставить девушку саму не искать с ним встреч. Еще и не воспользовался ситуацией, когда влюбленная глупышка полезла целоваться. Проявил себя более чем достойно. Возможно, если бы он не был Мердгресом по происхождению, король и правда приблизил бы его к себе. Разумеется, на брак с Элеонорой не согласился бы, но милостями бы одарил. Только, к сожалению, Аллин, как и его отец, слишком опасен. Стоит им глубже покопаться в истории своего происхождения или еще каким-то способом узнать истину, и трон под Эдмером зашатается. Он и его дети окажутся в опасности. А этого король не собирался допускать ни за что на свете!

Аудиенцию, к счастью, назначили на воскресенье, так что пропускать занятия не потребовалось. Да и было время, чтобы переговорить с Грианом Бордом на этот счет. Вот только старый артефактор мало что смог сказать полезного. Он явно понятия не имел, с какой целью меня приглашают. Да и вообще видно было, что немного обижен, что его самого не позвали во дворец. В очередной раз убедился, что старик был тщеславен, пусть и не до такой степени, чтобы идти на подлость.