Вопреки логике Анастасии пришлось признать, что в этом есть резон. Ведь она каждый день видела, как Тенка направляется к «сараю», но собственное предубеждение не позволило ей увидеть истинную причину его поведения. Анастасия припомнила, как учитель в школе показал им однажды видео-ролик Смертной Эпохи. Требовалось подсчитать, сколько раз игроки одной из команд передадут друг другу мяч [16] . Цитра, как и большинство ее одноклассников, получила правильный ответ. Но никто из них не заметил человека в костюме медведя, протанцевавшего прямо через центр сцены. Иногда, чтобы обнаружить очевидное, нужно подойти к делу без заранее сложившихся ожиданий.

На следующее утро у Анастасии случился прорыв. Она прибежала в хижину к Тенке поделиться своей находкой.

Жилище Верховного Клинка было таким скромным, что его одобрил бы даже серп Фарадей. Анастасия застала хозяина в разгаре беседы. Перед ним стояли два человека, которым явно не хотелось здесь находиться. Больше того — вид у них был крайне удрученный.

— Заходи, дружок, — сказал Тенкаменин, завидев Анастасию. — Вы знаете, кто это? — обратился он к гостям.

— Нет, ваше превосходительство, — ответили те.

— Это мой флорист, — объявил Тенка. — Она украшает дворец и мое жилище чудесными цветочными аранжировками.

Тут он сфокусировал внимание на том из гостей, что нервничал больше другого, — мужчине лет сорока, наверное, готовом завернуть за угол.

— Поведайте мне свою самую заветную мечту, — сказал Верховный Клинок. — Что бы вы больше всего на свете хотели сделать, но пока еще не сделали?

Мужчина замялся.

— Ну же, не стесняйтесь! — подбодрил Тенкаменин. — Не надо скромничать. Расскажите мне о своей мечте во всем ее кричащем великолепии!

— Я… я бы хотел поплавать на яхте, — сказал человек, словно маленький мальчик, забравшийся на колени к Деду Морозу. — Обойти вокруг света…

— Прекрасно! — загремел Верховный Клинок и хлопнул в ладоши, словно скрепляя договор. — Пойдем за яхтой завтра. Это будет мой вам подарок!

— В-ваше п-превосходительство… — не веря своим ушам пролепетал мужчина.

— Ваша мечта осуществится, сэр. У вас на это шесть месяцев. Затем вы вернетесь сюда и расскажете мне все о своем странствии. А после этого я вас выполю.

Гость впал в экстаз. Несмотря на то, что ему объявили о предстоящей прополке, он был по-настоящему счастлив.

— Благодарю вас, ваше превосходительство! Благодарю!

Когда он ушел, другой мужчина, чуть моложе и уже не такой перепуганный, как раньше, обратился к серпу:

— А я? Вы разве не хотите услышать про мою мечту?

— Друг мой, жизнь часто бывает жестока и несправедлива. Смерть тоже.

Рука Тенкаменина описала быструю дугу. Анастасия даже не увидела лезвия, но в то же мгновение мужчина схватился за горло, рухнул на пол и испустил последний вздох.

— Я лично сообщу его семье, — сказал Тенкаменин Анастасии. — Приглашу их на следующий Праздник Полнолуния.

Анастасию такой поворот событий удивил, но не шокировал. Каждый серп вырабатывает собственные методы. Реализовать мечту случайно выбранного человека и отказать в такой реализации другому человеку — чем не метод? Не хуже любого другого. Она видела, как достойные серпы вытворяли еще и не такое.

Из соседней комнаты вышла команда уборщиков, и Тенка проводил Анастасию в патио, где их ожидал завтрак.

— А ведь источником вдохновения для меня послужила ты. Тебе это известно?

— Я?

— Я взял твой метод как образец для подражания. Вообще-то разрешать людям самим выбирать способ своей прополки и предупреждать их заранее — это неслыханно! Но гениально! Такого сострадания среди нашего брата серпа поискать, ведь мы в основном заботимся об эффективности; главное — выполнить работу, остальное не важно. После того, как ты пропала на Твердыне, я решил почтить твою память и изменил стиль своих прополок. Половине избранных я позволяю сначала претворить в жизнь их заветную мечту.

— Почему только половине?

— Потому что если мы хотим подражать естественной смерти, то она должна оставаться такой же непредсказуемой и капризной, как в былые времена. Можно, конечно, смягчить подход, но не слишком сильно.

Тенкаменин положил на тарелку яйца и жареные ломтики плантана [17] , поставил тарелку перед Анастасией и лишь потом занялся собственным завтраком. «Как странно, — подумала девушка. — Смерть стала для нас настолько обыденным делом, что мы забираем жизнь, а в следующий момент как ни в чем не бывало садимся завтракать».