— Ладно-ладно. Зоозащитник ты наш. Думаешь, я не заметил? Как мочить людей на точке возрождения, то без проблем. А как буренку заколоть, так у него рука не подымается. С подобным подходом тебе бы друидом стать, а не магом.

— Почему же? Мясо-то я ем. Просто не вижу в этом смысла — удивительно, но мы переговаривались, не сбавляя ход, и при этом даже не запыхались — Да и сам Август говорил, что убивать животных следует только в том случае, если остро стоит вопрос выживания. А без надобности этого лучше не делать, дабы лишний раз не навлекать на себя гнев стихиалиев.

— Ясно. Фу-у-у — поморщился танк — И что это так воняет? Как будто трупы гниют…

— Королевская Лигвэя походу. Да, точно она. Видишь, желтоватые плоды на деревьях впереди? Вот на них-то я поохочусь с превеликим удовольствием. Чем тебе не говяжий стейк?

— Ну не знаю. По вкусу, конечно, трудно отличить, но все равно не то.

БУМ!

Прямо на бегу, я ударил телекинезом по ближайшему дереву и перехватил «карманом» пару опавших плодов.

— Оригинально — оценил Герман — Я тоже хочу такое заклинание.

БУМ!

На этот раз удалось поймать сразу три.

— Так его можно купить. Разве нет?

— Можно. Но, во-первых: у меня нет денег. А во-вторых: я, сколько не смотрел, но твоей способности ни разу не видел. Либо она крайне редкая, либо ее скупают в мгновение ока.

— Не думаю, что она редкая. Я описании чёрным по белому было написано, что автор заклинания передал его эльфам и дваргам. Стало быть, оно весьма распространено.

— Ага, вот только когда это было? Десятки тысяч лет назад?

— Ну да, согласен. Могли и забыть. У нас на земле так вообще, иероглиф птицы от самолета отличить не могут. Хоть это и было всего пару тысячелетий назад.

— Серьезно? — удивился Герман — А я реально думал, что это самолет.

***

На улице смеркалось, а мы все бежали.

Затем окончательно стемнело, взошли три луны, и статуя Аргентависа замерцала мягким бирюзовым сиянием. А мы так и продолжали трусить, лишь немного поубавив в скорости. Видимость отличная, но мало ли? Бережёного бог бережёт.

К утру, действие «Стрекотуна» и «Весельчака» резко закончилось и нас просто-напросто вырубило как по щелчку. Лишь в последнее мгновение, стремительно приближаясь лицом к земле, я успел материализовать по спальному мешку перед собой и Германом. А затем последовала темнота. Пора спать… усталые игрушки.

***

Мы пролежали без движения ровно сутки. А окончательно пробудившись, первая мысль была следующей: «слава богу, Август этого не увидел». Уверен, «учитель» бы очень долго ругался, сетуя на нашу беспечность, полнейшее пренебрежение техникой безопасности и тотальное отсутствие мозгов.

А именно безмозглыми тупицами мы и были, потому как, приподнявшись на локтях, я осмотрелся, и обнаружил неподалеку целую гору мертвых скорпионов и змей. Вздрогнув от столь жуткой картины, почувствовал, как рядом что-то недовольно заворочалось: у меня под боком, свернувшись калачиком, спал перепачканный в грязи Хангвил. Видимо это именно он взвалил на себя бремя охранника и целые сутки не давал нас в обиду.

— Да он герой… — Герман тоже проснулся и крайне уважительно посмотрел на кошачьего медведя, а затем нежно погладил рыжую макушку — Маленький, плюшевый герой. Знаешь, когда мы окажемся в Затолисе, то я куплю ему целый мешок самых вкусных и жирных сверчков.

— Уа? — чуткое ухо повернулось к нам как радар.

— Я тоже. И центнер ростков бамбука в придачу.

— Ур-р-р — фамилиар блаженно заурчал.

— Гер — я переключил внимание на напарника — Пожалуй, нам необходимо провести работу над ошибками.

— Это точно.

— И теперь, прежде чем принимать необдуманные решения, предлагаю руководствоваться одним простым постулатом: мы с тобой — приличные люди.

— Не понял. И как это поможет?

— А очень просто. Приличные люди, прежде чем совершить то или иное действие, трижды думают о последствиях. Они не делают поспешных выводов и, тем более, не выпивают непонятные зелья.

— Вообще-то это была твоя идея.

— Каюсь, моя. Но ты поддержал!

— Ну не знаю — качок дернул щекой — Это ты у нас с пятью десятками интеллекта, тебе и решать. А я-то что? Моё дело играть мускулами и сражаться, а твоё — планировать тактику и стратегию.

— Да конечно! Хорошо устроился, как погляжу? Нет уж, у нас командная работа и коллективная ответственность. Я тебе не Жуков.

— Кто?

— Маршал Советского Союза. Остановил и отбросил ваших от Москвы в 1941–1942 гг.