В активе же у Ивана было два корабля – один древний как мамонт, другой – как динозавр. А также престарелый торговец с выдающейся жадностью, бравый инопланетянин и его группа поддержки из пяти сбежавших из дома детей обоего пола. Ну и сам Иван. Великий и Беспощадный. Просто Армия Тьмы и её Властелин.

Иван тяжело вздохнул и вызвал Хакобера по корабельной сети.

– Слушаю! – Буркнул тот.

– У тебя же есть устройство гиперсвязи?

– Ну и?

– Продай!

– Сто тысяч!

– Хорошо.

– То есть я хотел сказать двести, что-то связь барахлит. Звуки какие-то…

– Идёт.

– Э-э-э. – Подвис Хакобер. – Ладно.

– Только тогда на тебе и обеспечение её бесперебойной работы. – Пояснил свою неожиданную покладистость Иван. И, надо сказать, не прогадал. То, что Хакобер называл гиперсвязью, могло работать исключительно в его руках, так как состояло из такого количества совершенно несовместимых на первый взгляд модулей, что для организации связи нужен был либо шаман с бубном, либо создатель этой системы.

* * *

– Похоже «Прыгун» придётся разобрать… - Пробормотал Иван.

– Зачем?! – Вклинился в его размышления Хакобер.

– Реактор нужен, так что если у тебя не завалялся лишний, то…

– Третьего поколения пойдёт?

– Рабочий? – Удивился Иван. Третье поколение это было такое старьё, какого даже в музеях почти не найти.

– Ну, процентов на двадцать от проектной мощности… - Прикинул Хакобер.

– У тебя в трюме смонтируем?

– Что ты! – У Хакобера от такой перспективы чуть уши в трубочку не свернулись. – За борт его и пусть там работает.

– Пойдёт. – Пробормотал Иван, изменяя характеристики модели.

– Сто тысяч… - Осторожно предположил Хакобер.

– Десять и ты его соберёшь и запустишь.

– Это же почти антиквариат!
– Возмутился вольный торговец.

– А места-то сколько занимает… - Надавил Иван на «больное место».

– Ладно, пусть будет де… двадцать!

– Пусть двадцать. – Согласился Иван, в тайне надеясь, что Хакобера хватит удар от жадности, когда он поймёт, что на основе его древнего генератора будет запущена фабрика по производству микророботов Предтеч стоимостью в миллиарды кредитов… в перспективе, конечно.

– Только запускать будем не здесь, а вот в этой системе, куда сейчас и направимся. – Иван ткнул пальцем в экран, отмечая на карте еле видную звёздочку, находящуюся вдали от всех звёздных трасс.

– А что там? – Почуял запах наживы Хакобер.

– А там… ничего. А главное – никого. Нет, и в ближайшее время не будет. Только глыбы льда и камня, освещаемые еле тлеющей звездой.

– И что мы там забыли? – Удивился торговец.

– Ты ничего, за исключением повременной оплаты, что была включена в договор по твоей же настоятельной просьбе. Кроме того, в этом месте нас будут искать в последнюю очередь. Я же собираюсь заняться научными исследованиями.

Иван не упомянул ещё одну особенность выбранной звезды. Она была ближайшей к месту, где несколько месяцев назад существовала нестабильная червоточина, через которую работорговцы привезли груз «мороженого мяса». Туземцев с отсталой планеты. Землян.

* * *

Серия статей, вышедших в «Физике Пространства», вызвала жёсткие споры в научных кругах Содружества. Что это – очередной тупик или новый виток в развитии физики? Авторы статей сами же приводили критику своей теории, а в следующем номере выходила новая статья, подтверждающая ещё один ранее необъяснимый факт в рамках одной модели, сводя с ума таким двойственным подходом научных оппонентов. Но вот, наконец, настал их звёздный час! Целая плеяда маститых учёных Содружества объединила все выкладки в одну теорию и оказалось… что проверить её на имеющемся оборудовании невозможно! И в ближайшее время возможным не станет!

Это должно было стать крахом для зарвавшихся писак из «Института Проблем Мозга»… но не стало. Вышла очередная и последняя статья, в которой описывался эксперимент, проведение которого позволит уже с имеющимися технологиями проверить все выкладки на практике. Да, он был бы чудовищным по капиталовложениям. Столько не могло выделить ни одно правительство, даже Содружества! Но такая возможность была! И это сломило тщательно выстроенную доказательную базу, подобно тому, как рушится дом, построенный на ненадёжном фундаменте.

Так, в пылу споров, рождалась новая концепция существования вселенной и всё больше и больше людей, читая и перечитывая статьи, принимала новые идеи и была готова отстаивать их. Имя «Ivan Muhin» стало одним из самых известных среди физиков Содружества, не смотря на то, что он ни разу не выступил с докладом, предпочитая отправлять на различного рода конференции своих соавторов.

Стоячее болото научного сообщества начало постепенно успокаиваться, возвращаясь на круги своя. О необычных теориях не менее необычного учёного начали не то чтобы забывать, просто они отошли в сторону. В конце концов, сколько отличий между теорией, что невозможно проверить из-за несовершенства технологий и теорией, проверка которой невозможна из-за чрезмерных затрат? Разве что в далёком будущем, когда технологии разовьются достаточно, исследователи вынуждены будут указать автора базовой теоретической модели. Конечно, научная слава весьма притягательна… когда она привлекает средства и граты. Здесь же был явно не тот случай.