– Добрый день, оператор, - произносит мелодичный женский голос, и дверь с тихим шелестом уходит в стену.

– Добрый день, - отвечает Йцукенг и проходит в комнату.

Комната очень просторная, но без окон, и в ней ничего нет, кроме высокого удобного кресла, и просторного чистого стола перед ним. Йцукенг садится в кресло, и над столом, прямо в воздухе, вспыхивает множество плоских экранов, среди которых выделяется крупная голографическая схема в центре. Среди комбинации шаров и скользящей темно-синей гексагональной сетки сложным узором в ней размещены зеленые и красные искры, черточки, размытые пятна. Искорки выглядят живыми - они медленно движутся внутри схемы, перестраиваются, собираются в группы, но в массе своей все же неподвижны.

Некоторое время Йцукенг, улыбаясь, смотрит на голограмму, потом протягивает руки в пространство перед собой, почти касаясь изображения, чуть сгибая пальцы в последних фалангах.

– Минутная готовность, - разносится голос из-под потолка.

– Минутную готовность подтверждаю, - эхом отзывается Йцукенг, не переставая улыбаться уголками губ.

Один из плоских экранов меняет цвет, светло-серые переливы сменяются изображением рыжего бородача. Борода входит в экран не целиком, и хорошо видны крупные капли пота на высоком лбу.

– Привет тебе, Йцук, - хрипло говорит он, - привет тебе, ты как всегда вовремя, старина.

– Привет и тебе, Рольд, - кивает Йцукенг, - ты плохо выглядишь, дружище. Я готов.

– Вахту сдал, - с облегчением выдыхает бородач.

Йцукенг вздрагивает всем телом, когда под потолком вспыхивают красные лампы, и неяркое красное сияние охватывает его голову и кисти рук.

– Вахту принял, - говорит он, и зеленые искры начинают стремительно перестраиваться, повинуясь едва заметным движениям его пальцев, - как Мари?

– Спасибо, пошла на поправку, - говорит Рольд, откидывается в кресле, устало закрывает глаза, - как Ячсмить, дети?

– Все отлично, - медленно произносит Йцукенг, не отрывая напряженного взгляда от голограммы, - Олдж вчера завоевал право ходить в гости и приглашать к себе друзей без моей санкции. На полгода раньше, чем я в свое время.

– Я всегда говорил, что он способный...
– начинает бородач, но мелодичный голос перебивает его:

– Оператор Рольд Кенро, вы ограничиваете оператора Йцукенга Фывапра в выполнении боевой задачи. Пожалуйста, прервите коммуникацию или используйте ее для обмена критической информацией.

– Молчать, консервная банка!
– ревет бородач.

Йцукенг улыбается.

– Используй... для передачи, - подмигивает он Рольду, - давно у реалов такая активность?

– Последние два часа... обрати внимание, они пытаются охватить тебя с фланга, используя пылевые облака как прикрытие...

– Я вижу, Рольд. Что же, спасибо, дружище.

– Увидимся на уик-энде.

– Может быть, прямо сегодня?

– Посмотрим. Как Мари...

Бородач пропадает с экрана, но тот не гаснет - там мелькают помехи, раздается шипение, треск. Йцукенг удивленно приподнимает бровь, поворачивает голову.

– Попытка неавторизованной связи на стандартной частоте со стороны противника, - щебечет потолочный голос, - предположительно, с целью визуально-вербальной деморализации. Рекомендуемое решение - заглушить. Принято...

– Нет, - говорит Йцукенг, - прием.

– Не рекомендую, оператор.

– Прием, - повторяет Йцукенг без выражения.

Помехи исчезают не сразу - они меняют свой цвет, частоту шипения, потом складываются в морщинистое лицо. Человек на экране сед, под волевым подбородком виден воротник мундира с узором из переплетенных золотых ветвей.

– Адмирал Пол Стаффорд, - представляется он.

– А, я помню вас, адмирал. Мы встречались с вами раньше... в триста восьмом и триста четырнадцатом секторах... и, кажется, в Тау-секторе. Вы слишком увлекаетесь правофланговыми проходами, это ваша главная проблема. Мое имя Йцукенг Фывапр.

– Могу я узнать ваше звание?
– заинтересовался седой.

– У меня нет звания, - говорит Йцукенг, порхая ладонями над голограммой, - я стратегический оператор. Дежурный стратегический оператор.

– Каковы ваши полномочия?

– Разбить вас, Пол. Так же, как это было в триста восьмом и триста четырнадцатом.

– В Тау это вам не удалось.

– У вас было восьмикратное превосходство в боевых единицах, Пол. Ничейный результат манервирования в данной ситуации - более чем удачное разрешение игрового конфликта.

– Игрового?
– прохрипел адмирал, - ты сказал - игрового?

– Вы не ослышались.

– Игрового, твою мать! Сейчас я кое-что покажу тебе, Кенгуру или как тебя там...