Вскакиваю с места и устремляюсь к лестнице, перепрыгивая через ступеньки, сбегаю на первый этаж, дальше в дверь и на парковку. А вдруг успею поймать! Но Алексей летит следом, догоняет в трех метрах от заветного выхода и дергает за плечо.

–  Стоять!
– рявкает. Отталкиваюего со злостью, сколько раз повторять Антону, не нужны мне няньки! Как бы не так, бодигард хватает за плечи, короткая борьба, и он выворачивает мне руку за спиной, наклоняет к полу, в плече хрустит, от боли на несколько секунд лишаюсь способности дышать. Глаза из орбит лезут. Прежде чем отпустить, Алексей забирает «оружие», заметил, оказывается. Отшвыривает приборы в угол. Выкручивает руку так, чтобы я повернулся к нему, и говорит: - Ты чего задумал, парень? А ну без глупостей! Я за тебя отвечаю, - и добавляет совсем другим тоном, громко: - Не высовывайтесь, Константин Игоревич. Я сам разберусь.

В этот момент с лестницы поспешно спускаются сжимающая мою куртку Элен и Рок. Последний, не разобравшись в ситуации, сходу кидается меня спасать от телохранителя и тут же отлетает к стене. Я, наконец, выпрямляюсь, потирая руку. Капец, да что за цирк!

–  Ничего страшного! Слышите?
– только Элен удается привести всех в чувство. Она бесстрашно врывается в середину драки, дуреха. Один раз ей досталось, мало, видимо.
– Костя говорит, чтобы вы успокоились. Всего лишь просигналил брелок.

Народ смотрит на меня, я киваю.

–  Ждите здесь все трое, - командует Алексей, обводя нас тяжелым, прибивающим к полу взглядом из-под сведенных бровей, и, поднеся телефон к уху, решительно выходит из кафе.

«Спасибо», - быстро шевелю губами, Элен коротко кивает, подходит и встает рядом со мной.

–  А сам этот Алексей надежен?
– будто читает мои мысли Рок. Наконец, его физиономию покинуло насмешливое выражение, извилины зашевелились.

«Фиг знает».

–  Его Антон нашел, сказал, что послужной список впечатляющий, - переводит Элен уже как само собой. Не люблю я новых людей, не могу доверять им. Жаль, что прошлому своему охраннику я выколол глаз, а его напарника уволил, чтобы не пугать моего переводчика. Даже представить не могу, как бы она отреагировала, обнаружив утром на заднем сиденье «Ровера» одного из несостоявшихся насильников. А когда думаю об этом, самому больно становится за нее, хотя я напрочь лишен эмпатии.

–  Так и будем здесь стоять, как идиоты?
– разводит руками Рок, и я с ним полностью согласен. Он выходит на улицу первым, я одеваюсь, беру Элен за руку своей здоровой и веду за собой таким образом, чтобы она оставалась чуть позади.

Машина в порядке, а вот у Алексея, кажется, обострились инстинкты «не зря меня взяли на работу». Собранный, напряженный, подозрительный. Бесит. Если бы он меня не остановил, как знать, возможно, поймали бы причастного к травле.

–  Письмо вам, парни, - говорит он, протягивая белый конверт, - под дворником оставили.
– И продолжает с кем-то говорить по телефону, не переставая оглядываться.

–  Вот это да-а, - тянет Рок, выглядывая из-за моего плеча. Это не просто письмо, разумеется. Копия фотографии десятилетней давности, на ней почти весь состав нашей команды, которым участвовали в международных соревнованиях по прохождению особых уровней в «ДантеМире». Наша семья, как говорит Рок. Мы редко собирались вместе вживую, и этот день был, можно сказать, уникальным. На фото мой крупный автограф: перечеркнутое буквой зет «Raa». Лица у ребят счастливые, у меня особенно. И на физиономии каждого, кто несколько лет назад послушно «отбыл» в «ДантеМир», наглотавшись таблеток, написано черной ручкой «четыре ноль четыре», а на наших с Роком - «семь ноль ноль».

–  Ну что, исполняем, Raza? Наперегонки?
– вздергивает брови этот идиот, силясь улыбнуться, чего вполне хватает, чтобы мне поплохело.

Грубо толкаю его, иду в сторону, лишь бы не видеть. Попадись мне на глаза, убью. Хоть кто попадись! Алексей было устремляетсяследом, но, к его счастью, тормозит, понимая, что я далеко не собираюсь. Просто подхожу к ближайшему зданию, опираюсь в стену ладонями, утыкаюсь лбом.

–  Я сама, - позади слышится голос Элен, - не трогайте его.
– Элен считает, что ей позволено больше, чем остальным. Но у меня нет сил сейчас ее отпихивать и ставить на место.

Если честно, я думал, что после вчерашнего она больше никогда не сядет в мою в машину. Лично поехал забирать ее, дабы убедиться, что «слилась» девушка. Но в назначенное время она вышла из общежития, как ни в чем не бывало, и даже улыбнулась мне. Вот дурная.

–  Что значит семь ноль ноль?
– интересуется бодигард за спиной. Ага, расскажи ему все. Рок произносит вполголоса, а я беззвучно шевелю губами с ним вместе, повторяя слово в слово:

–  День на пределе. Встать пораньше, к семи утра быть готовым. Пробежать пять или семь километров перед школой или основной тренировкой.

–  Ничего страшного в марафоне не вижу. Почему он так отреагировал?
– Алексей прикидывается или действительно не понимает, в чем дело?

–  Боится, что сдуется, на третьем круге, - усмехается Рок. Затем неожиданно продолжает абсолютно серьезно: - Потому что это значит, что нам нужно готовиться.

–  К чему?
– продолжает Алексей поражать своими умственными способностями.

Помешкав несколько мгновений, Элен кладет ладонь мне на плечо, я почувствовал ее приближение по едва уловимому аромату духов. Словно обжегшись, отдергивает руку и делает шаг назад. Но я не хочу ее пугать. Оборачиваюсь и обнимаю одной рукой, притягиваю чуть ближе.