Шрифт:
– Что ты имеешь в виду?
– Элен моментально оборачивается к нему.
– Без полного набора команд, конечно. В первую очередь исключить четыре ноль четыре - сигнал «марш!» Увидев который все и ломанулись в «Dante». О, смотри-ка, сообщение из Банка крови!
– ондвигается ближе, пролазит между сиденьями, потеснив Алексея, и протягивает мне мобильный с надписью на английском: «Спасибо! Ваша кровь только что спасла жизнь девятнадцатилетней девушке…»
Элен тоже читает.
– Raza, а тебе такие приходят? Эй, Raza, - он сжимает мое плечо, но обернуться не могу, перекресток.
– Он не слышит, - грубо одергивает его Элен. Не знал, что она так умеет. Дальше вступается Алексей, заставляя Рока сесть на место и пристегнуться. Я по-прежнему ничего не слышу.
– Знаешь, Raza, травля началась и чувства всколыхнула. А ты совсем-совсем не скучаешь по тому времени? Никогда? Мы ж семьей были. Такую не найти, не построить.
– Он не слышит, - ледяным тоном напоминает Элен, а я крепче сжимаю руль, стараясь не выдать эмоции: нужно было захватить затычки для ушей, не ровен час - сорвусь и выдам себя. Единственное, чего хочу сейчас, это вдарить по тормозам, вытащить придурка из машины и вправить мозги кулаками. Чертов фанатик. Почти все наши друзья умерли, а он скучает по тому, как уютно жилось в секте! Меня трясти начинает при любом упоминании, а на него ностальгия напала, когда сигналы пошли следовать команде «четыре ноль четыре». Как только она дана, по правилам, нужно дождаться искомого времени и проглотить кое-какие препараты. А дальше - все, перерождение, «ДантеМир», свобода и счастье. Толпа родственников в черном у гроба.
Хм, а возможно, Рок знает больше, чем я полагал изначально. Проговорится, эта болтливая сволочь язык за зубами держать не умеет. Нужно потянуть время. Дай, небо, мне сил.
– Я бы посоветовал итальянский ресторан, их еду сложнее всего испортить, - долетает с заднего сидения.
Будешь жрать там, куда привезут, мать твою.
***
Алексей, разумеется, собирается стоять над душой во время трапезы, голодными глазами считая количество проглоченных нами ложек супа.
Указываю ему на соседний пустой столик, Элен переводит: «Поешь спокойно, здесь камеры, никто меня не пристрелит», - три раза добавив от себя «пожалуйста». Ладно, пусть будет вольный перевод.
Она сидит напротив меня рядом с Роком и шарит глазами по меню, уверен, складывая в уме цены, высчитывая, как бы обойтись меньшей кровью и сэкономить. Мне это непонятно. Пусть даже она категорически против того, чтобы я за нее платил - окей, допустим, у нее есть причины отказываться от подарков, - но ведь мой брат ежедневно неплохо пополняет ее банковскую карту. Девушка вполне может позволить себе угостить и меня, и Рока, и даже Алексея, а ест он немало, судя по внушительной мышечной массе. Или не может?
«Счет сегодня мой», - говорю ей. Она резко качает головой.
– Я бы посоветовал взять вот этот суп. Не знаю, как здесь готовят, но вообще - вкуснятина, - забирает у нее меню Рок, будто ему своего мало. Пододвигается вплотную, листает и показывает пальцем.
– Попроси сверху порезать кинзы, язык проглотишь.
– Я не очень люблю кинзу.
– А ты попробуй. И салат возьми. Во, «Цезарь»! Испортить его можно только тухлыми продуктами, бери, не прогадаешь. Слушай, Raza, а ты знаешь какой-нибудь бассейн? Поплавать хочу. У меня сегодня тренировка по расписанию, не хотелось бы пропускать. Сам-то ты еще не разучился нырять?
Задумчиво киваю. Идея дурацкая, но почему бы не посмотреть на Элен в купальнике? В любом случае, не дома же с Роком сидеть, он и так начинает раздражать. А повернуться и уйти не могу, нужно понаблюдать за старым приятелем.
– А еще я предлагаю вечером сходить в бар и выпить за встречу. После бассейна, конечно. Заодно обсудим идеи, кто решил в очередной раз поджарить наши задницы.
А, может, это ты?
Глава 21
«Пойдем, - решительно.
– Обязательно».
– Я не смогу. У меня общежитие закрывается в десять.
Рок поворачивается к ней всем корпусом и смотрит удивленно.
«Я тебя отвезу домой на рассвете», - говорю я.
– Мне нужно в больницу с утра.
«Зачем?»
– Ничего страшного, но это важно.
«Тогда я тебя отвезу в больницу. Элен, мне нужен переводчик. Пожалуйста»
– Может, вас оставить?
– спрашивает Рок, откинувшись на спинку кресла, потягивая бабский латте через соломинку. Жаль, что практически единственный, с кем я могу поговорить начистоту - тип, ведущий себя, как непробиваемая сволочь. На самом деле, он не такой. Он лучше. Но докопаться до того человека, с кем мы дружили годами, общаясь каждый день и помногу, уже давно нет никакой возможности.
И все-таки каждые пару лет он приезжает ко мне по какому-нибудь незначительному поводу. Обычно, язвит и выпендривается, как и сейчас, а потом выпивает и становится на пару часов прежним Роком. За этим и едет, а я жду.
Отвлекает короткая сильная вибрация, а следом пиликает лежащий на столе брелок от «Ровера», требуя немедленного внимания к машине. Вы серьезно? Да быть не может! Еще одна тачка?! Что ж они по больному-то бьют! Она даже на учет не поставлена, номерных знаков нет, значок «инвалид» я сорвал - как узнали? Сжимаю нож и незаметно прячу его в рукаве вместе с вилкой.