— Лидия, стой, я сейчас вернусь!

— Куда ты?.. — ахнула девушка, но мне сейчас не до пояснений. В нескольких шагах от нас, возле потухшего костерка, лежали полупрожаренные зайцы, и я бросилась туда, схватила тушку одного из зверьков, и вновь метнулась к стене. Успела вовремя — в отверстии потолка снова показалась длинная рука. Так, времени у меня остается не так и много…

— Куда тебя носит?! — закричал Эж, но мне пока что не до долгих пояснений. — Жить надоело?

— Погоди, не до тебя!

— Не уходи больше от меня… — прошептала Лидия. — Боюсь…

— Не уйду! Держи!.. — сунула я тушку зверька в руки Лидии, а сама взялась за мешочек с чесноком, висящий у меня на поясе. — Сейчас мы с тобой этой твари закуску приготовим!

— Не поняла…

— Все проще некуда… — я достала из мешочка большую головку чеснока. — Ксения Павловна сказала, что это заговоренный чеснок, защита от нечисти. А еще она говорила, что это нечто вроде оберега. Ну, вот пусть он нас оберегает и защищает.

— Да что может одна головка чеснока против такой громадины?!

— А вот это мы сейчас и выясним, тем более что сейчас имеем дело как раз с нечистью. Давай быстрее! Потом сразу же отбежим в тот угол — он все же чуть подальше…

Засунула чеснок внутрь тушки, да еще и обмотала зверька обрывком веревки — не хватало еще, чтоб чеснок вывалился! после чего бросила тушку едва ли не прямо в лапу зверя, которая к тому времени почти дотянулась до нас. Как и следовало ожидать, дяррло не стал отказываться от угощения, и лапа вновь исчезла в потолке. К тому времени, когда длань этого существа вновь оказалась внутри избушки, мы с Лидией сумели отбежать на более безопасное место, и там нам оставалось только ждать, чем закончится наш сомнительный эксперимент.

Надо сказать, что ожидание не затянулось: не прошло и минуты, как шипение дяррло и изменилось, а потом мы услышали, как тварь даже не спрыгнула, а скатилась на землю, и в ее шипении появились визгливые нотки, которые просто-таки резали слух. А еще в том шипении явно слышалась боль. Судя по звукам, доносящимся до нас, дяррло какое-то время бегал по поляне, словно стараясь уменьшить боль, а затем звуки стали удаляться… Не знаю насчет остальных своих спутников, но у меня отчего-то сложилось впечатление, будто это создание куда-то убегает, крича о том, что ему нужна помощь…

Наступила тишина, и мы все молчали, не решаясь сказать не слова, и вслушиваясь в звуки ночного леса. Пару раз мне показалось, что откуда-то издалека до меня донеслись отголоски визгливого шипения дяррло, но, возможно, я просто принимала желаемое за действительность. Трудно сказать, сколько прошло времени, но потом раздался голос Лесовика:

— Красотуля, как это у тебя получилось?

— Сама не знаю!.. — выдохнула я.

— Ну-ну… — отозвался Лесовик, и по его голосу было ясно, что не верит мне ни на грош. — Ладно, потом расскажешь.

— Девушки, как вы там?.. — Эж направился к нам, перелезая через гору древесины, лежащей на полу в избушке.

— Приходи и увидишь… — я постаралась говорить как можно более беззаботно. — Можешь нас даже обнять, чтоб узнать, все ли с нами в порядке!

— От такого предложения грех отказываться… — хохотнул Эж, но тут подал голос Ухо. Похоже, наш гость пришел в себя, и теперь пожелал высказать свое мнение.

— Лесовик! А ведь эта баба — колдунья! Прибить ее надо, чтоб она нам какой беды не принесла! И чем скорей мы ей голову свернем, тем лучше!

— Вот даже как?.. — хмыкнул Лесовик, но Ухо уже было не остановить.

— А сам ты этого не понимаешь? Уж если она с дяррло управилась, то, зуб даю — тут без черной ворожбы дело не обошлось! Сам подумай: разве обычный человек на такое способен? Теперь ясно, отчего церковники так хотят поймать твоих друзей-приятелей — они ж все колдуны, не иначе! А может, ты с ними заодно? Если так, то становится ясно, отчего тебе так фартит! Никак, сам в этом деле по уши погряз?

— Ухо, тебя не туда понесло… — ледяным голосом произнес Лесовик. — Хватит меня сердить, а не то у меня терпение может кончиться. А свои предположения можешь засунуть себе сам знаешь куда, понял? И вообще помолчи, а то шума от тебя многовато.

— Понял я, понял… — неохотно отозвался тот.

— Вот и хорошо, тем более что сейчас не время для разговоров и выяснения отношений. А пока что все сядем у одной из стен, только выбрать надо ту, что покрепче. Дяррло там наверху все разворотил, как бы бревна сверху не рухнули. Посидим до рассвета, но стоит быть настороже: кто его знает, вдруг дяррло вздумает вернуться, тут нельзя быть в чем-то уверенным. Ну, а утром соберемся, и пойдем к лодке, хватит с нас этого леса.

Против этого никто особо не возражал, и мы трое уселись у дальней стены, но Ухо и Лесовик не стали к нам присоединяться — эти люди устроились каждый у отдельной стены. Ну, тут можно сказать только одно — никакого доверия между этими двумя и близко нет, наверняка всю ночь глаз друг с друга не спустят.