– А мы будем играть с земными игроками или сами между собой? – Максу идея игры очень понравилась.

– Только со своими. Отработка тактики и взаимодействия, новые возможности крейсеров и дополнительные корабли. Кстати, игра теперь групповая, пока перелетом до основного корабля управляю я, вы на вахтах развиваете новые навыки. Как слетку экипажей делали, только теперь совместные вылеты и полеты.

– Есть, капитан! – ответили по очереди капитаны и пилоты кораблей.

Капитана Таоорка “похоронили” на следующий день. Странник произнес короткую речь, останки накрыли пошитым за ночь флагом Таалана и закрыли прозрачный колпак капсулы.

Техники еще ночью закрепили на капсуле два двигателя и небольшой запас топлива, которого должно было хватить для придания ускорения.

Церемонию транслировали на всех корабельных и земных каналах. Капитаны и офицеры экипажей кораблей в белоснежной форме. Стройные ряды свободных от вахты членов экипажей. Три венка, по одному от каждого экипажа, один живой цветок от Наташки и немного шерстинок смуурзи.

В полном молчании все покинули отсек. С шипением отошла стенка-шлюз. Рука манипулятора бережно подняла капсулу и выставила наружу, передав свою ношу магнитному перехватчику. Модуль отошел от корабля и развернул капсулу в нужном направлении. Отключились магниты.

Капсула стала плавно падать вниз, метр, два, четыре. Расчетное расстояние семь метров. Вырвалось пламя из сопл двигателя и капсула, набирая скорость, затерялась среди мерцающих звезд. Всем стало еще тяжелее.

Это смуурзи, верная Маарлаа, словно почувствовав, что больше никогда не увидит и не почувствует своего друга, разразилась отчаянным, горьким, плачем.

По расчетам Странника, капсула должна достигнуть Солнца через семьдесят лет.

С играми лететь стало веселее. Хоть какое-то полезное занятие, даже появился смысл в вахтах и дежурствах. В жизнь снова вернулись авралы и тревоги, стало меньше свободного времени.

Макс научился прибегать на мостик в любое время, с отдыха, из столовой или из душа. Научился быстро вникать в процесс, включаться в командную работу.

В таком ритме прошло три дня. Утром четвертого дня, когда Макс передал вахту Дюшику и устало брел в свою каюту, в мире что-то изменилось. Вроде все было как обычно, да и что может измениться во время полета? Но изменилось и Макс все никак не мог понять, что именно.

На руке завибрировал коммуникатор. Вызов был от Наташки, в это время она тоже идет после вахты, у них совпадал график дежурства и Макс думал, что это неспроста.

– У тебя еще остались силы, не на долго – безо всякого предисловия спросила Наташка – срочно к смуурзи! С ней что-то случилось, ультразвук исчез!

– Бегу! – Макс бросился в противоположную от каюты сторону. Туда, где лифт на нижние уровни, к переходным шлюзам.

Наташка ждала возле двери каюты. Рядом стояли два медика и техник. Респираторы уже не надевали, воздух в каюте смуурзи еще вчера выровняли с обычным корабельным.

В каюте ничего не изменилось. Та же не тронутая еда, та же кровать. Только подушки разбросаны, одна порвана, покрывало разорвано посередине, а на спинке, у изголовья, видны две глубокие царапины. Все говорило о том, что здесь кипели нешуточные страсти.

На подушке спокойно спала Маарлаа, как обычно, свернувшись клубком, уткнувшись лбом в подушку, положив рожки впереди себя. Рядом с ней сидел Баюн. Кот был потрепан, худой и очень сердитый. Правое ухо было разорвано повдоль, буквально на две части, кровоточила рана, след от укуса на левой лапе.

Макс сел на край кровати и протянул руку к своему коту. Тот только посмотрел на него, но даже не пошевелился.

Наташка попыталась погладить смуурзи. Вот тогда кот отреагировал, Баюн прижал целое ухо к голове и, припадая на прокушенную лапу, замахнулся на Наташку здоровой лапой. Издав при этом грозное шипение.

– Ухо надо зашить – прошептала девушка в белом халате – и лапу обработать, неизвестно какая инфекция могла попасть в ранку.

Сказать оказалось легче, чем сделать. Кот в руки не давался, всем видом давая понять, что с поста так просто не уйдет.

– У нас есть дротики со снотворным для диких животных – как всегда бесстрастно подсказал возникший из ниоткуда Странник – только дозу нужно подсчитать.

– Это долго – возразил ему санитар – есть способ лучше.

С этими словами он извлек из кормушки кусочек чего-то, похожего на тофу и обильно полил его валерианой из медицинского саквояжа. Кот не устоял перед соблазном и уже через десять минут был завернут в покрывало и обработан. Ухо пришлось зашивать, лапа почти не пострадала, мышцы и кости не пострадали.