Вся суть родившейся в деревне простой девушки протестовала против такого варварского обращения с животными. На шапку – ещё ладно, дело понятное. Но вот переводить ценное мясо и пушнину на какие-то научные эксперименты? Да от них только урожай портится, да вода в реке непригодной для пить становится.

– Ну почему же сразу «мучить»? – проворчал архимаг. – Мои заклинания работают быстро и почти безболезненно. И почему «понапрасну»? У меня великая цель – сделать вклад в науку магии. И заработать деньжат, конечно же.

– Давайте, я вам лучше из заячьей шкурки шапку сошью? – предложила девушка.

– Какая ещё шапка, когда на кону наука магии?

– Эта ваша наука только поля понапрасну загрязняет, потом на них ничего не растёт! А шапка не даст вам замёрзнуть зимой!

Некоторое время из кареты на весь лес разносилось «Наука! Шапка! Наука! Шапка!». Уж насколько Сергей был терпелив, но даже ему это вскоре надоело, и он рявкнул:

– Я сейчас из вас обоих сделаю по шапке во имя науки! Парц! Ты будешь проводить эксперимент или как? Если будешь, давай побыстрее закончим с этим.

Архимаг кивнул с важным видом и демонстративно пошевелил пальцами в воздухе. Словно пианист, готовый виртуозно выдать сложную симфонию.

– Итак, начинаем-с! Сейчас прочитаю Приманивающее заклинание, – сказал Парацельс, недовольно косясь на служанку, и что-то прошептал.

Через пару минут из кустов на обочине выскочил заяц и припустил следом за каретой.

– Материал для опытов! – Парацельс в предвкушении потёр руки.

– Моя шапка! – опечалилась служанка.

– И думать забудь! – нахмурился Парацельс. – Хочешь шапку – лови своего зайца!

Девушка поджала губы и отвернулась.

Где-то впереди внезапно раздался оглушительный треск и грохот. Испуганно вскрикнул кучер, заржали лошади, и карета резко остановилась. Сергея вжало в стенку, а Парацельс со служанкой рухнули на пол. То ли случайно, то ли не совсем, но архимаг попал лицом аккурат в декольте девушки.

– Ах… – у той глаза полезли на лоб. – Архимаг, что вы творите?

– Пытаюсь нащупать Истину… – Парацельс сделал вид, что пытается высвободиться. – Мы, архимаги, такие… хлебом не корми, дай Истину поискать…

– Немедленно прекратите! – служанка начала отпихиваться, но как-то не особо активно. Скорее даже демонстративно.

– Да я бы и рад! – довольно произнёс волшебник. – Но не получается. Тебе придётся приспустить платье и расстегнуть корсет, чтобы ослабить давление. Иначе поиск Истины может затянуться…

– Что? Да никогда в жизни! – девушка немного подумала. – Впрочем, если разрешите сделать из зайца шапку, я, может быть, пойду вам навстречу в виде исключения…

– Опять ты со своей шапкой! – Парацельс сразу отстранился. – Вот так и срываются великие научные открытия…

Тем временем Сергей выглянул из окна и увидел, что дорогу перед каретой перегородило упавшее дерево. Кучер пытался успокоить лошадей, охранники соскочили с кареты на землю, сжимая мечи в руках.

– Заканчивай валять дурака, – сказал Тёмный лорд архимагу. – У нас тут, похоже, разбойники.

– Разбойники? – переспросил Парацельс. – Нет, это, конечно, приятно, когда материал для опытов приходит сам, но у меня уже есть заяц! Передай им, что я ценю подобное рвение, но пусть немного подождут!

– Как скажешь, – кивнул Сергей. – Так и передам.

…На дорогу из кустов высыпал десяток сильно обросших мужиков с дубинами и кольями в руках. Вперёд вышел самый страшный головорез – здоровяк два метра роста, с взлохмаченными чёрными волосами и сразу двумя большими золотыми серьгами в ушах. Поставив ногу на бревно, он криво ухмыльнулся, глядя на карету, и прокричал:

– Эй, вы, в карете, выходите! Выворачивайте карманы и готовьте золотишко! Вам оно больше не понадобиться, хе-хе…

Он бросил презрительный взгляд на испуганно шепчущего молитвы кучера и на двух охранников с мечами наголо, перегородивших разбойникам путь к карете.

Дверь кареты открылась, и наружу вышли двое... Один – высокий длиннобородый старикан в белом плаще, второй – рыцарь в доспехах с глухим шлемом на голове. С его плеч спадал длиннополый плащ. Разбойники насторожились – парочка выглядела довольно опасной. Рыцаря ещё можно было осилить, если навалиться большой толпой со всех сторон. Маг же являлся живым воплощением неопределённости. Поди пойми, это жалкий деревенский знахарь или могучий боевой чародей? Зачастую одного от другого довольно трудно оценить. У магов самых разных школ зачастую очень много общего – куча растительности на лице, неопрятный внешний вид, безумный блеск в глазах и пренебрежение к личной гигиене.