— Спускайтесь оттуда! Живо!

Я пробую встать — но сил неожиданно не хватает даже на это. А в следующий миг магия вновь простреливает тело, пронзает меня невидимым копьём. Боль порабощает. Я не сдерживаю крика. Несколько секунд всё пылает в огне — а потом энергия вырывается прочь. В пространстве надо мной сверкает особенно яркая вспышка, и я знаю, что будет дальше.

Разрыв. Рваная дыра открывается в воздухе. Голубовато-белая, ужасающе красивая. Волоски на теле встают дыбом. Мальчишки наверху решают наконец испугаться. Кричат! Я всё же каким-то образом встаю, но не успеваю.

Наггл вылетает из разрыва очень быстро — привлечённый магией, привлечённый безумием вокруг! У меня просто нет сил его прогнать.

Нет подготовленных контуров и кристаллов под рукой.

Нет сил сконцентрировать магию хоть немного, чтобы ранить его и вернуть обратно.

Там, наверху — дети. Которые могут пострадать из-за меня.

В следующий миг я не думаю — просто впиваюсь в магию как могу! Хватаю сгустки, леплю из них самое грубое подобие печати — и пытаюсь схватить наггла в кольцо. Это даже близко не стоит к нормальной работе с кристаллами и тщательным плетением, это просто жест отчаяния! Я должна его задержать!

Бестелесный дух сверкает фиолетовым. Поначалу он даже не обрёл форму, похож на злой сгусток пламени! Большой. Каких демонов он большой?! Вот он раскидывает тонкие “руки”. Щупальца-пальцы впиваются в барьер, вспыхнувший вокруг. Наггл яростно верещит, заставляя мою кровь кипеть ещё больше, заставляя несчастных мальчишек цепляться друг за друга.

— Вниз! — рявкаю я, и они, хвала древним, слушаются.

Едва вижу, как они сбегают по доскам. Как они стрелами несутся прочь — и даже не останавливаются. Их спины мелькают за проёмами окон, а я только моргаю, борясь с пеленой тумана, и надеюсь, что наверху никого не осталось.

Или что они не станут звать на помощь ещё человек десять!

Я остаюсь один на один с ужасно злым нагглом, с жаром, болью и накатывающей слабостью. И с бушующей вокруг, по-прежнему рвущейся наружу энергией.

Кажется, об этом предупреждал Эрент. Страшно не столько то, что из меня вырвется магия — страшно, что вместе с ней утекают и силы. И если что-то пойдёт не так, начнётся пожар, обрушится потолок или откроется новый разрыв, я уже ничего не смогу сделать.

Наггл воет, шипит, скребёт эфемерными когтями барьер. Бьётся о него. На голове, возникшей из пламени, раскрывается бесплотный рот.

Говорят, они принимают форму тех, кого видят.

Его черты становятся всё более человеческими — и я думаю, что это была бы воистину дурацкая смерть: быть убитой духом, с которыми столько раз справлялась!

Упасть обессиленной из-за того, что надеюсь обрести силу, которая мне раньше только снилась.

Я трясу головой.

Что за глупые мысли?! Даже если я никогда не дралась с нагглами без подготовки. И без команды. Даже если у меня нет кристаллов, печати, внутренних сил. Если этот гад кошмарно большой… Я могла испугаться его раньше — но если мне хоть немного повезёт, я женщина древней крови. Я смогу его пересилить. Смогу! Стану сильнее — и тогда возьму свою судьбу в свои руки. Решу, на кого работать — обязательно как-нибудь смогу решить сама! И с кем быть. Кого мне… любить, демоны поберите.

Я смогу выбирать, больше не оглядываясь на обстоятельства.

И когда эта мысль посещает сознание, я понимаю, что оно вот-вот померкнет.

Траяр

Магия рвётся наружу даже если я очень пытаюсь её сдерживать.

Привычно подрагивает воздух. От моего раздражения — которое спрятать так же сложно, как возмущение силы. Его замечает женщина-секретарь Керрая, испуганно прижимающая бумаги к груди. Его замечают сам делец и мой сегодняшний помощник, Нерт.

Мне плевать.

Я быстро подписываю документы, посылаю Нерта отвезти нужные бумаги в банк и прохлаждаюсь в кабинете у Керрая, делая вид, что отдыхаю. Мысли — только об Эле и о том, сколько времени ей дать на сборы.

Меня опять злит всё, что происходит.

То, как она отреагировала — на меня, на моё желание видеть её рядом. То, как прошёл разговор. То, что эта женщина вертит мной, просто вьёт из меня верёвки.

Поцелуй, на который она не ответила. Отказ её и жар вперемешку с холодом.

Через пять минут я толкаю дверь её кабинета, полностью намеренный увезти девчонку отсюда и разбираться позже. Захожу — и застываю истуканом.

Потому что её в кабинете нет.

Секунд десять я как полный идиот пялюсь в раскрытое окно. На занавески, которые колышет ветер, на зелёные ухоженные деревья в саду.

Вдыхаю неуместно свежий запах травы.

Осознать, что произошло, у меня получается с запозданием. Потом я всё-таки начинаю двигаться: быстро, но от этого не более разумно.