— Тогда постарайтесь расслабиться, — мягко предлагает Эрент. — Нужно начать с начала. Я хочу, чтобы вы рассказали мне, как чувствовали это влечение. Лорда Траяра я уже слышал, но вы, Эларин, будете ли так любезны объяснить?

Она отводит взгляд.

А я вместо того, чтобы галантно предложить ей высказаться наедине, готовлюсь ловить каждое слово.

— Прямо рассказать?

— Эларин, я врач. Никому из посторонних я не имею права докладывать о ваших проблемах. Скажите, что вы чувствуете.

На её щеках проступает румянец.

— Это началось с первой встречи, — произносит девчонка негромко. — Я словно почувствовала лорда Шера до того, как он вошёл в комнату. У меня мурашки побежали по телу. Потом он показался мне очень красивым…

Демоны.

— Что было дальше?

— Желания накатывали стихийно. Когда мы оказывались рядом, хуже — если соприкасались.

Она говорит. Говорит, слово за словом, а мне вдруг становится очень непросто дышать. Во-первых, потому что если она не врёт — я никогда и не осознавал, представить не мог, насколько ей сложно. Но сочувствие, сомнения, неловкость — всё это мелькает и сгорает. Такое ощущение, что воздух в кабинете накаляется. Пальцы сами тянутся к вороту, ослабляют его — в этом дурацком городе и правда нестерпимо жарко.

Она рассказывает, как хотела меня.

Я вспоминаю, как целовал её, сжимал её бедра.

Хочу встать, подойти, выдернуть её из кресла. Схватить её за плечи, толкнуть и прижать к стене. Сорвать это платье — сначала с плеч, потом с груди. Целовать и кусать ею шею, ухо, лопатки. Задрать юбку. Дышать ею, слушать её стоны — и бесстыдно заняться с ней любовью, выгнав семейного врача прочь.

— Лорд Траяр, вы точно не испытывали подобного?

— Поначалу Эла просто казалась мне красивой, мне нравилось её разглядывать, — сообщаю, внутренне начиная проклинать этот разговор.

Теперь девчонка отворачивается.

Восхитительно, что она больше не невеста Лаэма.

Хорошо, что я сижу. Закидываю ногу на ногу, потому что в паху ломит от напряжения. Демоны!

— Эрент, хватит, — не выдерживаю я первым. — Думаю, мы все уже поняли.

Эларин смотрит в окно, отвернувшись от меня. Я вижу только розоватую скулу и как бьётся на её шее жилка.

Демоны, она и правда смущена. Женщина, которую я считал развратной, краснеет и бледнеет от одних рассказов про то, что ко мне испытывала.

— Хорошо, — покашливает в кулак врач. — Эларин, можете ли вы сказать, что лорд Траяр нравился вам в это время?

— Послушайте, об этом не шло речи. Он был незнакомцем, которому я хотела угодить, но не более.

— Точно?

— Эла была в отношениях с другим мужчиной, — подсказываю я.

— О. В серьёзных?

Она мнётся — видимо, вспоминая Лаэма.

— Не особенно, — выдаёт сжато.

Она правда так сказала? Почему?

— Следующий вопрос будет совсем нескромным, и я заранее прошу прощения, — вздыхает Эрент. — Но скажите, у вас была близость с этим мужчиной после того, как вы встретили лорда Траяра?

— Каким образом это важно?! — взвивается Эла.

— Я хочу понять, насколько ваши чувства идут вразрез с тем, что вы считаете разумным. Хочу составить картину, потому что ауры можно исследовать долго, но всё это пустая работа без откровенности.

— Нет, близости не было, — цедит Эла, сжимая руки.

Я замираю. Поворачиваюсь к ней всем телом и смотрю на неё — как в первый раз.

Она не была с Лаэмом?

Ерунда. Как? Я всегда расценивал её как невесту брата, принял изначально, что они взрослые люди и, разумеется, проводят вместе ночи. Думал, что меня это не волнует — но сейчас вдруг понимаю, что волновало до крайности. Даже если речь о паре недель, в которые мы были знакомы.

Но почему? Что, она настолько вскружила голову Лаэму, что он ради неё изменил образ жизни?

— С вашего позволения, а какие-то проявления близости? — продолжает рыть Эрент. — Я не говорю о занятиях любовью, но…

— Мне нужно поговорить с лордом Траяром наедине, — выпаливает Эла.

— Зачем? — подбираюсь я.

— Нужно!

Сознание просыпается. Я встаю первым, надеясь, что пара резких шагов выветрят из головы дурь — потому что всерьёз начинаю опасаться, что девчонка сейчас пошлёт к демонам и Эрента, и меня. То, как быстро она вскакивает, только усугубляет подозрения.

В соседней гостиной я плотно затворяю дверь. Смотрю на неё, поднимаю руки — стараясь не думать, что мы здесь одни, что встаём слишком близко. Что она не была с Лаэмом!

— Эла, не переживай так сильно, Эрент…

— Мне нужно увидеться и поговорить с твоим братом.

— Зачем? — во второй раз спрашиваю я.

— Потому что есть кое-что, что тебе не мешало бы знать. И я не могу рассказать сама.

Её слова заставляют меня напрячься. То, как она прикрывает глаза — особенно.