— Отдай нам девчонку и можешь идти с миром, — проговорил тот Палач, который гонялся за мной и в конце-концов нашел, стоя теперь рядом с ему подобными.

Одно радовало — и им тоже досталось!

— Не отдам, потому что отныне она часть нашей семьи, — спокойно и на удивление очень по доброму проговорил мужчина с серыми глазами, кивая Янтарю. чтобы тот подошел ближе, и вручая меня осторожно в его горячие сильные руки. чтобы пройти на середину развороченной поляны, — В любой ситуации есть выход.

Палачи переглянулись между собой тяжело и хмуро, явно не поддерживая этой мысли и не ожидая того, что кто-то решит воспрепятствовать их так сказать сугубо профессиональной деятельности.

— Есть закон, — проговорил холодно и мрачно всё тот же неугомонный Палач, который стоял впереди своих сородичей. не договорив, потому что сероглазый Берсерк в согласии закивал головой, чуть пожимая своими широченными плечами, принявшись вдруг расстегивать пуговицы на своей рубашке.

Прижимаясь к родной широкой груди Янтаря, я недоуменно захлопала глазами, понимая, что вроде как сейчас было не самое подходящее время для мужского стриптиза. покосившись быстро на того из Беров, кто уже был до этого одет.

Тот Кадьяк с ярко-зелеными глазами цвета неоновых огней.

Вот, правда теперь на нем не осталось ни единой нитки от одежды, которая наверняка валялась сотней разорванных клочков на первой поляне возле домика.

Молчали все. недоуменно глядя на сероглазого Берсерка, который не спеша расстегнул все пуговички на своей простой клетчатой рубашке, медленно снимая ее и раскрывая свои широченные плечи, встал во весь огромный двухметровый рост когда ахнули все так, что мое сердце ойкнуло.

Не знаю почему в тот момент я посмотрела на Кадьяка с зелеными глазами, чей взгляд казался мне таким тяжелым и пронзительным, словно он знал всё, каждую тайну этого мира, тяжело и судорожно выдыхая оттого, что увидела даже в его взгляде шок.

Лишь тройка Палачей продолжала стоять, не дрогнув ни единой ресницей. даже когда сероглазый Бер повернулся вокруг себя медленно и неторопливо, чтобы все смогли увидеть каждую черточку его большого мускулистого тела…и шрамы на груди.

Совершенно такие же, как у Палачей, похожие на букву «М» с тремя полосами в середине, только словно перечеркнутые одной широкой линией.

И если это были именно шрамы, то ему содрали часть кожи широкой полосой, словно перечеркивая эту странную ужасающую букву.

Это выглядело страшно…особенно в свете последних событий. пока я пыталась понять, что бы это все могло значить.

Этот сероглазый Берсерк был Палачом в отставке?

— Сумрак, разве тебя наказал не твой род? — оттого как приглушенно и вкрадчиво прозвучал голос того Кадьяка с темными зелеными глазами, который явно был не только кладезем хитрости, но и информации, даже мне стало как-то не по себе.

— И мой род тоже, брат Карат, — улыбка того, кого назвали Сумраком была спокойной, грустной и такой умиротворенной, что казалось, что даже лес притих в ожидании услышать его рассказ завороженный и мягкий, если бы как битой по виску не грохнул голос отца Янтаря, прорычав яростно, но вместе с тем очень растерянно:

— Какого хрена я тебя спрашиваю?! Мы прошли с тобой плечом к плечу всю войну! И этой фиговины на тебе не было!

— Эта фиговина появилась гораздо позже, друг мой, — примирительно улыбнулся Сумрак, пока я испуганно покосилась на Палачей, честно говоря, удивленная тем, что они стояли спокойно и смирно, давая возможность остальным Берам побеседовать между собой, почему-то не встревая и не пытаясь прекратить этот беспредел на поле брани.

— Ну и что это всё значит?! — снова рявкнул отец Янтаря по всей видимости не очень-то любя разного рода тайны и недоговоренности, особенно в такой момент. когда решалась чья-то судьба, грозно прищурившись и зыркнув на смирно стоящих Палачей, — Вы то знаете?

— Его грех перед нами погашен и закрыт. — спокойно и снова совершенно Без эмоционально проговорил тот первый Палач. который уже примелькался и стал почти родным, в отличие от двух новеньких, которых я видела впервые.

На несколько минут воцарилась такая тишина, что мне казалось. что если сосредоточиться, то можно будет услышать как кипят и плавятся мозги в черепушках этих огромных мужчин.

Ой, словно в моей черепушке было спокойно!

Она так же кипела и подрыгивала от роя шальных мыслей, пока я не могла отвести глаз от шрамов мужчины, которому явно пришлось нелегко… но неужели была надежда на то, что смерть можно заменить на что-то иное?

— А вот с этого момента можно поподробнее? — пробасил теперь Янтарь, даже делая пару шагов вперед вместе со мной на руках, наверное ошарашенный настолько, что не подумал о том, что мы сами приближались к Палачам с помощью его длинным накаченных ног.