После этого, оставляю без помощи «даму» на полу, высвобождаю свои руки и в два шага подлетаю к барной стойке: сидящая за стойкой пара «подруг пострадавшей» плюс какой-то мужик с ними, кажется, на одной разбитой бутылке успокаиваться не собираются.

ЯньАнь раньше слышала от Кеши, что лично ей одной в заведения вдоль трассы лучше не ходить. Но сейчас, как назло, хотелось есть, плюс с ней был Алекс. А о его возможностях она имела представление ещё после самой первой встречи в доме, арендованном в верхней части города отцом сразу после переезда.

Предупреждения Кеши, которые она считала пустой перестраховкой, как оказалось, имели смысл. А когда об голову Алекса разлетелась осколками стеклянная бутылка (ох!!!), ЯньАнь взвизгнула и быстро набрала Кешу. Не смотря на достаточно раннее время. Впрочем, Кеша с Гао уже не спят.

Алекс допинывал группу непонятных людей возле барной стойки, когда Кеша наконец ответил на видеозвонок и сказал (сквозь смех) забирать свою курицу с собой и … дальше было неприлично.

В общем, вторая половина настоятельно просила просто ехать дальше на Хоргос. На вопрос самой ЯньАнь, надо ли вызывать и дождаться полицию, Кеша только хмуро уточнил место и километр на трассе. После чего буркнул, что разберётся сам и отключился.

Перед этим добавив, что ЯньАнь без приключений не может, и что он её тысячу раз предупреждал… Дальше было скучно и рутинно.

В машине, Алекс сам себе оказал помощь, обработав рассечение над бровью и наклеив повязку (пользуясь зеркалом над пассажирским сиденьем).

По приезде на Хоргос, курица была съедена по дороге, кола выпита, а сам Алекс только смеялся, качая головой по поводу нравов в глубинке. Чем несказанно успокоил ЯньАнь, чувствовавшую почему-то неловкость.

Мелкое приключение в «Гонконгской курице» по дороге меня скорее развеселило, не смотря на рассечение. Судя по частотам, компания у бара вообще не соображала, что делает. Интересно, а часто ли они так пьют?

Кеша нас встретил у самых ворот и, цепко оглядев ЯньАнь, выдохнул с облегчением:

— Ну слава Аллаху. — Потом, чуть постояв на месте, добавил. — Ваш девиз — ни дня спокойно?

Затем хохотнул и продублировал это по-китайски.

ЯньАнь сообщает ему по-китайски, видимо, о моих целях (попутно обнимая его), поскольку Кеша, выслушав её, поворачивается ко мне:

— Ты в порядке? — указывая на пластырь у меня на лбу.

— Более чем. Просто царапина. Остальное в порядке. Только на рубашку кровь капнула, — указываю глазами.

— У нас сейчас что-то типа совещания, пошли я тебе свою дам, — торопится Кеша, забирая меня у ЯньАнь. — Чтоб ты нормально выглядел. Правда, этот пластырь… — Кеша скептически меня оглядывает по второму кругу. — Заодно с Гао пошли поздороваемся до того, как… Попутно: будет присутствовать один мой коллега, ты с ним не вяжись, хорошо? Я всё равно главнее, но долго объяснять нюансы…

После переодевания, по пути от Кеши, заходим поздороваться к Гао. А перед комнатой для совещаний сталкиваемся с каким-то типом, слегка за тридцать, которого Кеша рекомендует, как своего коллегу. Тип имеет неприятный липкий взгляд (видимо, просто недоброжелательный) и задаёт Кеше вопрос обо мне.

В ответ Кеша представляет меня, как имеющего какой-то статус от СОПа, «…но то мои дела. Детали запрашивай официально, ибо оно тебе не надо», — итожит Кеша, обходя «коллегу» по дуге и направляясь дальше.

Его коллега долго и оценивающе смотрит мне вслед.

— Препротивный тип, — шепчет Кеша тихо уже в комнате для совещаний, так, что слышу только я. — Из смежного сектора, я не о Хоргосе, и любитель денег. Посланный такими же любителями… Я и сам, конечно, к деньгам с пиететом. Но этот меня уже просто… — Кеша не заканчивает, изображая бурную гамму чувств сменой выражений лица.

В первой части их совещания, сижу в смежной комнате и скучаю: присутствуют какие-то линейные сотрудники завода, тема мне не понятна и не интересна. Насколько могу понять, разные подразделения докладывают, что сделано и каков был план. При этом, все данные дублируются на большом мониторе на стене.

Затем почти все расходятся, а остаются только Гао, Кеша, ЯньАнь и коллега Кеши, имени которого мне не назвали.

В этом месте, зовут меня и второй раунд начинается с того, что ЯньАнь поднимает вопрос о моих «красных клеточках» в планах по финансам. Гао только мельком кивает, не сильно отрываясь от своего планшета (на уровне частот даже, кажется, от планшета и не отвлекаясь).

А Кешин коллега начинает цепляться к словам ЯньАнь. При этом, он, как и я, говорит по-английски.

ЯньАнь просит меня переводить Кеше и Гао (который в этом месте поднимает всё же взгляд от планшета и начинает, наконец, уделять внимание происходящему).