Мария на это рассмеялась и заметила:

– К счастью, это не «Плейбой».

«Ну конечно! Практически одно и то же», – подумала Джейни.

Она легла на кушетку и, устроив поудобнее свое роскошное тело, положила руку под голову.

– Расскажите нам немного о себе, Джейни.

– Ну что ж, – начала она нежным голосом пай-девочки, – мне тридцать два года. Я работаю моделью… да, пожалуй, уже шестнадцать лет, а еще я снималась в кино, хотя вообще-то, если честно, я играла каждый день всей своей жизни. И еще: я человек довольно независимый. Никогда не была замужем. Наверное, мне просто нравится заниматься собой. Но вообще-то это трудно. Вы ведь понимаете? Я не только модель, но и одинокая женщина, которая пытается как-то пробиться в жизни. И у меня бывают успехи и неудачи, как у любой другой женщины. – Джейни улыбнулась и перевернулась на спину. – Бывают дни, когда я ощущаю себя уродиной. Или толстухой… вот как сейчас… а в иные дни начинаю задумываться: «Ну когда же мне встретится мужчина, который мне по-настоящему понравится?» А ведь я так стараюсь. Прошлым летом работала над сценарием о своей жизни.

– И чего же вы ждете от жизни, Джейни?

– Сама не знаю, чего хочу, но все равно хочу.

– А как насчет целей?

Джейни улыбнулась и откинула волосы назад. Потом перевернулась на живот и покачала ножкой. Оперлась подбородком на ладони. Лицо ее стало серьезным, но не слишком. Она посмотрела прямо в объектив камеры.

– Наверное, можно так сказать… Я сама не знаю, куда иду. – Тут она выдержала паузу для большего эффекта. – Но одно знаю точно: куда-нибудь обязательно приду.

– Потрясающе! – воскликнули ее собеседники.

Прошло восемь месяцев.

Джейни, в своем новом кабриолете «порше-бокстер», свернула на подъездную дорожку, ведущую к дому на Дэниелз-лейн в Сагапонаке. Машина была просто блеск! Цвет – серебристый металлик, а сиденья – из красной кожи. Кабриолет собрали по специальному заказу. Это был подарок от сотрудников «Тайны Виктории», причем они вовсе не обязаны были его делать, ведь Джейни подписала с агентством контракт на два миллиона долларов сроком на четыре года. Согласно его условиям, от нее требовалось работать максимум пятьдесят дней в году, а значит, не преминул подчеркнуть ее агент, у нее оставалась масса времени не только для фотопроб, но даже для съемок в телевизионных сериалах или в художественном фильме. Она уже успела побывать на трех актерских пробах для фильма с участием крупной кинозвезды, и ею «серьезно заинтересовались».

Джейни осторожно закрыла дверцу машины. Ей вовсе не хотелось поцарапать краску. Сестрица не преминула попросить у Джейни разрешения покататься, на что она ответила отказом.

– У тебя хватает денег, Патти. Так что обзаведись собственной машиной, – посоветовала Джейни.

– Но я хочу порулить твоей тачкой, – канючила Патти, и вид у нее при этом был такой жалостливый, что обе они чуть не лопнули от смеха.

Джейни направилась к дому, поигрывая брелоком с ключами на пальце.

Это был необыкновенный дом: кухня и гостиная (в которой был камин) находились на втором этаже, а еще – огромная терраса, с которой открывался вид на океан. На первом этаже располагались пять просторных спален, а неподалеку от дома стоял прелестный перестроенный старинный амбар, где можно было разместить гостей или устроить офис.

– Вы рассчитываете принимать много гостей? – спросила агент по продаже недвижимости.

– Нет, – ответила Джейни. – Я, наверное, буду здесь пописывать. Видите ли, я работаю над сценарием.

– Да неужели? – удивилась агент. – Я знаю вас по рекламе для «Тайны Виктории». Но я не слышала, что вы еще и пишете. И хороши собой, и умны. Вы счастливица!

– Спасибо, – поблагодарила Джейни.

– Я просто в восторге от ваших слов в той рекламе… Как это вы там сказали?

– «Я не знаю, куда иду. Но одно знаю точно: куда-нибудь обязательно приду», – вспомнила Джейни.

– Вот именно, – сказала агент по продаже недвижимости. – Впрочем, разве это не относится ко всем нам?

Джейни открыла дверь дома. «Моего дома», – подумала она. Этот дом принадлежал только ей одной. На нее пахнуло легкой затхлостью, но ведь все летние дома слегка попахивали затхлостью в первый день, когда в них только открывались двери. Через час запах выветрится. А она тем временем поплавает.

Джейни прошла в спальню и сбросила одежду. Спальня была не меньше шестисот квадратных футов, там стояла широченная кровать калифорнийского стандарта, и к ней примыкала отделанная мрамором ванная комната с джакузи и сауной. Дом стоил кучу денег, ну и что, черт побери? Джейни это было по карману.

Совсем не плохо для одинокой женщины.

Она открыла раздвижную стеклянную дверь и вышла к бассейну. Он был очень большой. Шестьдесят футов в длину. Джейни встала у кромки воды с глубокого края. На какой-то миг она словно застыла. Внезапно Джейни захотелось, чтобы рядом оказался Билл… Вот он будто идет по мощенной брусчаткой дорожке, поднимается по ступенькам и проходит к бассейну сквозь калитку из белого штакетника.

«Джейни, – произнесет ее имя Билл и обнимет ее обнаженное тело, покрывая поцелуями ее волосы и лицо. – …Я люблю тебя, – скажет ей Билл. – Я решил уйти от жены и жениться на тебе».

Но этого никогда не произойдет.

Джейни попробовала воду ногой. Вода была очень теплая.

Прекрасно.

И она нырнула.

Это история о двух в высшей степени занятых людях. Занятых очень важной, ответственной работой. О весьма респектабельной супружеской паре, обремененной важными, можно сказать – исключительно важными делами, которые к тому же воспитывают ребенка.