С такими мыслями, но все еще одолеваемый сомнениями по поводу правильности авантюры, Зак шёл к дому Чейз в лёгком смятении. На улице было тепло, и пришлось с явным сожалением расстаться со своим пиджаком. Облачиться в лёгкие летние брюки и белую рубашку, впрочем, всё также с длинным рукавом: ни к чему демонстрация татуировки на предплечье среди бела дня. Несмотря на все невесёлые мысли, настроение было приподнятым: есть повод увидеть Бекки. Он понятия не имел, как она отреагирует на смелое и, даже, несколько неприличное для молодой особы предложение. Но чёрт с ним, откажется — он поедет один, на свой страх и риск. Только представив, как они вместе исчезнут из этого грязного городишки на несколько дней, обычно хмурому парню хотелось улыбаться, делясь раздирающим грудь счастьем на весь мир. Что-то большое, горячее, сжимающее внутренности в тугой клубок зародилось на том месте, где всего месяц назад свистел холодный ветер от пустоты. Заккари понятия не имел, что это значит. Как назвать эйфорию, схожую с расслабляющим никотином, когда ловил взгляд огромных зелёных глаз, в которых словно расплавилось золото. Как отнестись к преследующему воспоминанию о вкусе карамельных губ и перестать мечтать сорвать с них стон. А ещё лучше — свое имя в момент оргазма… О, он бы смог довести её до края — в этом Зак не сомневался. Уже чувствовал, какое пламя горит в прилежной девчонке и как реагирует её юное тело на его касания. Остался последний вопрос: как разрешить себе разрушить её жизнь. Как заткнуть орущую совесть. О, она, оказывается, ещё осталась у него?

Скрипнув калиткой и преодолев белоснежный идеально ровный заборчик, Зак с любопытством окинул взглядом двор, в который попал впервые. Присыпанная щебнем тропинка к высокому крылечку, бочка с водой для полива, скромно пристроившаяся у стены дома и раскрашенная яркими цветами — почему-то подумалось, что это дело рук Бекки. Девочка-радуга пыталась выплеснуть свою палитру даже на такой скучный старый предмет. Остальное место во дворе занимали клумбы: целые непроглядные зелёные заросли, настоящие джунгли. В начале лета цвели только ярко-розовые и красные пионы, местами набирали цвет лилии, но большая часть была засажена шипастыми кустами, которые скоро покроются розами. Что ж, вполне ожидаемо, наверное, бабушка Чейз любительница занять себя, копаясь в саду.

От этой мысли Зак в лёгкой неуверенности притормозил у самых ступенек крыльца. А вдруг её семья дома? Как они отнесутся к незваному гостю? Чёрт, надо было всё-таки дождаться вечера или подождать, пока Бекки сама выйдет… Вдруг она вообще не тут…

Внезапно дверь распахнулась, и перед Заком показалась знакомая тонкая фигурка в удивительно домашнем виде. Старенькое застиранное голубое платье в мелкий красный цветочек с коротким пышным рукавом было прикрыто белым полукруглым фартуком, местами покрытым желтоватыми пятнами от джема. Широко улыбнувшись, Бекки посторонилась и торопливо пояснила:

— Прости, у меня там бардак, я сейчас всё уберу, дай минуту! Проходи, не стой, я одна, — словно догадавшись, что заставило Гранта притормозить, Бекки метнулась на кухню, и Заку ничего не осталось, как пойти за ней.

— Ты даже не удивилась моему приходу? — эта милая суета была для него чем-то чуждым, но таким тёплым. Мягко притворив за собой дверь, он глубоко вдохнул и чуть не простонал в голос от окутавшего лёгкие сладкого запаха выпечки. Вот он, источник постоянного аромата яблок от нежной кожи Ребекки. Во рту проступила слюна, которую Зак сглотнул с трудом: не особый любитель сладкого, сейчас он до слабости в коленях захотел попробовать… но не шарлотку из духовки.

— Я видела в окно, как ты пришёл, — ответила Бекки, и голос потонул в звоне посуды, так что пришлось добавить в него октав, — К тому же, ты сказал, что мы увидимся скоро: я ждала тебя, — не стала скрывать очевидный факт Бекки, торопливо скидывая тарелки в раковину и убирая со стола кожуру от яблок.

Конечно, она не была уверена на сто процентов, что правильно истолковала вчерашнее прощание. Но ей настолько хотелось сегодня встретится с ним, что в планах было, несмотря на четверг, вечером пойти в клуб в качестве гостя: а вдруг он будет там… К счастью, рисковать не пришлось. Отправив отца в больницу на еженедельные процедуры в сопровождении бабушки, она почему-то тут же занялась готовкой. Хотелось занять свои руки, которые так и норовили за что-нибудь ухватиться. Выплеснуть всё нетерпение от ожидания, оказавшегося не напрасным. Вот только, прибрать устроенный на кухне хаос она не успела, и теперь металась туда-сюда, спиной ощущая направленный на неё заинтересованный взгляд.

— Грустно признавать, что я так предсказуем, — с притворным сожалением вздохнул Заккари, складывая руки на груди и скользнув взглядом по непривычно оголённым ножкам: короткое платье едва доходило до середины бедра девушки. Голод усиливался, покоряясь аромату яблок и корицы, и с едой он был совершенно не связан. Хотелось зажмуриться, чтобы только не видеть, как несносная девчонка мечется от духовки к раковине, как живописно перепачканы пальчики мукой, как спутался хвостик на белокурой головке и покрылись румянцем щёчки. Дрожь прошла по его телу, заставляя сцепить зубы и плотнее вжаться в стену за спиной.

— А мне очень даже нравится такая предсказуемость, — тихо пробормотала Бекки, убавляя огонь в духовом шкафу. Ситуация стала немного нервировать: слишком беззащитный у неё сейчас вид и слишком странно понимать, что Зак находится в её доме, на её скромной кухне, без уже привычных пиджака, шляпы и лёгкого налёта отстранённости. Она давно хотела увидеть его днём — и, судя по всему, это было опасное желание. Потому, как при каждом мимолётном взгляде на застывшую у двери фигуру у Бекки перехватывало дыхание от восторга. Мягкие волны смольных волос, простая белая рубашка и светлые брюки, и всё это ещё и украшено лёгкой коварной усмешкой пухлых губ.

Платье девушки колыхнулось мягкой волной вокруг стройных бёдер ещё раз, словно специально дразня и без того потихоньку теряющего ниточки контроля Зака. Будто что-то рвётся внутри, каждый нерв, один за одним, как перетянутая тонкая струнка: дзинь, дзинь… Последняя капля для лопающегося самообладания: Бекки облизнула пересохшие губки, заставляя тут же вспышкой вспомнить их вкус.

К чёрту.

Скользящий, тихий шаг к ней, даже не замеченный увлечённой уборкой муки со стола девушкой. Зак окончательно потерялся в своих желаниях, когда подошёл максимально близко, достаточно, чтобы ладони без тени сомнения легли на гибкую талию, украшенную белым бантом фартука.