***

Платье аккуратно развешано в шкафу, с лица смыта лишняя косметика, стягивающая кожу. Вместо ярких цветов видна бледность и болезненная румяность щёк. Бекки шмыгнула носиком и накинула на плечи тонкий светло-серый плащ, прикрывая подрагивающую фигуру. Предстоит долгая дорога до дома по ночному городу, и автобусы уже давно не ходят в такой поздний час. Но девушка не боялась стать жертвой хулиганов: в северной части Клифтона нападения были довольно редки, а жители большей частью друг-друга знали, никому бы и в голову не пришло причинить вред дочери ветерана войны. Ноги переставлять было трудно, словно к лодыжкам привязаны кандалы. Уже почти у самой двери из клуба её окликнул Артур, вынуждая обернуться.

— Бек, погоди. Тебе передали, — он протянул ей сложенные купюры, — От мистера Гранта.

Машинально приняв честно заработанные чаевые, Ребекка удивлённо подняла бровь. Уставилась на деньги, лихорадочно сопоставляя сегодняшнее провальное выступление и неплохую сумму, всё же не удержавшись от вопроса:

— Это был… он? Аноним?

— Ну, а сама как думаешь? — хмыкнул Артур, — Всё по расписанию, пятница же. Только в этот раз он представился, наконец.

Бекки не нашлась, что ответить: фамилия ей ничего не говорила абсолютно, так что разницы между фразой «от анонима» и «от мистера Гранта» не было никакой. Но, по крайней мере, теперь она могла хотя бы мысленно к нему обращаться не как к «тому мужчине в углу зала» или, что возникло в голове сегодня, как к «чертовски привлекательному молодому человеку». Как-то вежливей было называть неожиданного благодетеля по фамилии. Даже в своих мыслях.

— Арти, а ты мог бы в следующий раз передать ему от меня большую сердечную благодарность? — улыбнулась Бекки своим воспоминаниям о тёмных отливающих охрой глазах. Вот только, парень воспринял просиявшее личико на свой счёт.

— Увы, он всегда даёт деньги перед самым уходом, я и слова вставить не успеваю, — пожал плечами и тут же перевёл давно не интересную в клубе «Полночь» тему: к поведению постоянного гостя тут привыкли, — Закрываемся через полчаса, не хочешь присоединиться к нам? Ребята хотели поиграть в бридж, даже мистер Мендрейк обещал посидеть с нами немного.

Бекки уловила тот подтекст, что скрывался за этими словами: «А потом я провожу тебя домой и чем дьявол не шутит…». Вот только, несмотря на то, как небрежно отозвалась сегодня о нём Лайла, между ними явно было что-то большее, чем дружба. И пусть подруга вела себя, словно собака на сене, вставать между возможной парой Бекки совершенно не хотелось. Давать даже малейший повод для раздора и обид, которые бы непременно последовали, прими она предложение Арти. Зачем вообще он зовёт её, хочет вызвать ревность Лайлы? Голова болела всё сильней, и душное прокуренное помещение только усугубляло ситуацию. Вздохнув, Бекки сделала как можно более несчастный вид. Благо, особо изображать ничего не пришлось.

— Прости, Арти. Мне сегодня нездоровится, да и завтра тяжёлый день. У кого выходные, а у меня ученики.

— О, ну ладно, поправляйся. Тогда в следующий раз? — отказать с надеждой улыбающемуся парню было невозможно, да и лёгкие уже попросту давило приближающимся приступом кашля, а потому Бекки торопливо кивнула, незаметно пятясь к выходу, — Хорошо, что чаевые оставили, купи себе лекарства, договорились?

— Конечно. До встречи.

Она выскочила наружу, с наслаждением вдыхая прохладный воздух. Тут же шумно закашлялась, прикрывая рот цветастым платком. На глазах проступили слёзы, и пришлось с сожалением признать справедливость слов друга: деньги она будет вынуждена потратить на микстуру для себя, а не для отца. Без постоянно необходимого набора лекарств Гарри Чейз, страдающий от контузии, снова начнёт потихоньку сходить с ума и чистить ботинки зубной пастой… Но связки надо беречь, иначе в среду она может попросту вылететь с работы. Тяжёлые мысли развеял насмешливый женский голос, раздавшийся где-то у грязной стены.

— Так-так, а вот и кузина. Ты часом, не чахотку подхватила? — притворное беспокойство выдало рыжую троюродную сестрицу с головой, но она и не пряталась. Выкинула себе под ноги остатки длинной дамской сигареты и вышла из тени под тусклый свет фонаря на крылечке клуба, — Ты мне нужна здоровой, малышка.

— Не волнуйся, Дайяна. Справлюсь без твоего длинного носа, — прошипела Бекки, убирая в карман плаща платок, к свёрнутым драгоценным купюрам. Гордо подняв подбородок, спустилась по ступенькам и попыталась пройти мимо надоедливой девицы, но была остановлена её неожиданно цепкими и сильными руками, схватившими за предплечье почти до боли.

— Не помешало бы проявить вежливость, Бекки. Всё-таки моё терпение не безгранично. Раз уж мы встретились, то я позволю себе напомнить о твоём долге.

— Не стоит. Я отлично помню все свои обязательства. А также то, что мой срок ещё не вышел. Так что, убери лапки и иди командуй своими шлюшками, мисс Бакстер, — резко вывернувшись, Бекки зло сверкнула глазами, оценивая небрежно-шикарный вид соперницы.

Идеально уложенные в высокую причёску рыжие пряди отливали багрянцем в свету, алые губы сочетались с такого же оттенка тонким пальто-бабочкой. Как всегда, богато и вызывающе, впрочем, в соответствии со статусом «мамочки» местного борделя. Отвернувшись, Бекки старательно делала вид, будто ей всё равно. Но Дайяну уже было не остановить.

— Послушай, кузина. Я пыталась проявить понимание. Но и ты пойми, с меня спрашивают более значимые люди. Так что, даю тебе неделю, или твой долг будет передан самому Большому Змею, ясно? Я не собираюсь больше цацкаться с тобой, — посчитав разговор законченным, Дайяна смерила уничтожающим взглядом Чейз и поднялась по ступеням крыльца, покачивая бёдрами в узкой кожаной юбке, словно по привычке. Она просто была такой с ног до головы, и вряд ли Бекки могла винить в этом ту, кто откликнулась на отчаянную просьбу уже почти год назад. Признаться, и настоящей злости на неё у девушки не было. Они обе связаны обстоятельствами.