— А это, Игорь, моя защита. От таких вот как ты.

— Каких таких? — не понимал парень, потирая руку.

— Таких вот как ты, любителей влезть куда не просят и всё испортить. Скажи, зачем ты влез в нашу с Филиппом пару и всё испортил? Что теперь нам всем делать прикажешь?!

Я сама не заметила, как перешла на повышенные тона.

— Тише, рыжик. Не нужно так злиться! — попробовал успокоить меня он, — сама же понимаешь, что и как?!

— Да ничего я не понимаю! — я ещё больше психанула.

Просто в это самое время место укуса полоснуло самым настоящим огнём. При этом было так больно, словно меня по живому ножом режут.

Обо всём этом я сейчас и сказала парню. Чтобы не обольщался. А то он успел мне высказать несколькими минутами ранее свою радость из-за того, что я сама пришла к нему. Зов крови, или метки, как он выразился.

Теперь же, услышав, что происходит со мной на самом деле, Игорь пришёл в замешательство. Он так разволновался, что, даже забыв про свой костыль, поднялся и стал нервно вышагивать по комнате.

Я же в это время, решила разглядеть его как следует. Нет, не подумаете, что он смог бы меня всерьёз заинтересовать. И дело даже не в том, что он сейчас заметно хромал. Да ко всему прочему весь вид парня красноречиво свидетельствовал, что ему на самом деле плохо. Всё же их драка с Филиппом не прошла для Бессонова бесследно. Это только на моём Архангельском всё быстро зажило.

Просто мне сейчас почему-то захотелось рассмотреть Игоря. Сейчас я перенеслась мыслями в ту ночь, когда всё произошло. И так отвлеклась от реальности происходящего, что совсем забыла, что мы в комнате не одни.

— А скажи мне, Агата, кто твои родители?

Я с удивлением перевела взгляд на Артёма Игнатьевича. Оказалось, что всё это время они с Мишей наблюдали за мной. И Игорем.

От неожиданности я смутилась. И, кажется, даже покраснела.

— У меня нет родителей. Вообще никого нет, — ответила, поняв, что ответ ждут и молчать некрасиво.

— Как же это так? — удивился мужчина.

— Просто. Детдомовская я. Так получилось, что все мои родные и близкие умерли. А почему вы спрашиваете?

— Да так, деточка, — задумчиво пробормотал мужчина, почёсывая затылок, — напомнила ты мне кое-кого из моего прошлого.

— Да Агата дочь бывшего беты нашего Яна. Стая Чёрных, — пояснил молчавший до этого Миша.

Услышав это, мужчина стал расспрашивать о моём отце. Но узнав, что того нет в живых, совсем сник. И не знаю, чем бы вся эта беседа по итогу закончилась, не появись в доме хозяева — отец и мать Игоря.

Из опыта общения с дядей парня и его мамой на празднике, я уже морально приготовилась на такое же лёгкое и дружелюбное с его отцом, но здесь меня ждало серьёзное разочарование.

Отец парня, быстро узнав, кто я такая, стал нести совершенно нелепые, по моему мнению вещи. И общая суть их сводилась к тому, что раз я сама пришла к Игорю, значит, вопрос решён. Я — пара его сына. И все мои попытки хоть что-то возразить, успеха никакого не имели.

На Мишу, который попробовал было за меня вступиться, наорали и вообще упрекнули в том, что он «вообще не оборотень, раз не обращается добровольно. И ему, якобы, нужно заткнуться и молчать. А ещё лучше зарыться в свои университетские бумаги как крыса и сидеть там помалкивать».

От такого грубого оскорбления Миша пошёл пятнами, но скандала устраивать не стал. Просто предложив во всём разобраться как следует. На совете двух кланов.

— Да что там разбираться?! — взревел Бесонов-старший, — багровея, словно разъяренный бык на ринге, — девчёнка — наша! Беги, жалуйся Яну. Собирайте ваш совет. А мы, Белые, так и быть, тоже придём. И не потому, что Григорьев скажет. А вообще чего это я здесь перед вами распинаюсь? Всё-равно ведь не поймёте ничего!

— Милый, как так можно?! — наконец-то подала голос молчавшая до этого жена Бесонова.

— А ты вообще молчи, женщина! Ваш удел — рожать нам, оборотням, наследников. Ну ещё в постели развлекать. А говорить и решать серьёзные дела мы будет без вас! И мы ведь с тобой уже не раз говорили о том, что эта рыжеволосая ведьма будет женой нашего Игоря. Раз уж она так сыну понравилась. Не спорю — мордашка у неё смазливая. Хотя, как по мне, так лучше бы ты, сын, чистокровную оборотницу себе в супруги выбрал, чем эту полукровку. Тем более ведьму.

— Но отец! — попытался возразить сам «жених».