— С этим делом я уже ни в чём не уверен. Менталисты проходят такой отбор, что в их порядочности никто раньше не сомневался, но раз она не достойна, то в мелочах могла использовать свой дар. Кто знает, как много во дворце слуг, а может и моих сотрудников, находятся под её влиянием?

— Ну, я думаю, вы преувеличиваете сферу её воздействия, — успокаивающе произнесла девушка. — Вы знаете, что наиболее популярный артефакт в народе, это артефакт с защитой от введения в заблуждение, от обмана. По сути, от того же внушения. Ни одна порядочная хозяйка не пойдёт на рынок без подобной висюльки. Так что, если бы лэра Ферокс попыталась бы воздействовать на прислугу, то рано или поздно нарвалась бы на защитную штучку. Пошли бы слухи.

— Ей эти рыночные штучки нипочём, — отмахнулся лэр-в.

— Не скажите! Она сильная, но перегоревший после общения с ней артефакт — это предмет для сплетен.

— Может и так, всё возможно. Но я всё никак не подберусь к нашей проблеме, Грасенька. Преступления совершались почти в точности по вашему детективу, и ещё одной подозреваемой становитесь вы.

— Я?! Но я… О-о…

— Да. Вы всё правильно поняли. Несколько зигзагов в следствии, там услышали, тут недослышали, и уже вы — девушка, жаждущая славы любой ценой, совершаете преступления и пишите об этом.

— Но я…

— Я знаю. Но думаю, вас не должны удивлять возможности искажения фактов в нашем деле.

Грася затихла.

— Меня удивит, если их не будет, — призналась она. — Всё правильно, лэр-в Робус. Из меня проще всего сделать виновную. Это будет на руку лэре, не пошатнёт веру в менталиста у народа и будет выгодно с политической точки зрения. Жаль, что я не подумала об этом раньше. А вы?

— Что я, Грасенька?

— Я никто, а вот вы имеете вес в королевстве. Вы отступите или поборетесь за правду?

— Вот теперь мы подошли к тому вопросу, в котором я хотел бы, чтобы вы приняли участие. Лэра Агнес использовала ваши наработки в своих делах, но втайне от вас. Я же воспользуюсь вашим талантом и ставлю вам задачу придумать, как прижать её. Предлагаю вместе поработать над этим и своевременно устранить все возможные ошибки.

— Пожалуй, вы правы, — стараясь не паниковать заранее, протянула девушка, уже перебирая возможные варианты разоблачения. — Нельзя к ней подступиться, протягивая бумагу с обвинениями, — начала рассуждать она. — Не думаю, что у неё есть подруга, с которой она обсуждает свои дела и прослушивающие устройства тут не помогут.

— Да и противозаконно это, — вставил лэр-в.

— Значит, надо подтолкнуть её к новому преступлению. Проследить за процессом организации и поймать на живца.

— Нет, это не допустимо. Её сейчас интересуют советники, ими мы рисковать не будем. Никто не позволит.

— Экий вы привереда, — расстроилась девушка. — Ну, может ей меня подпихнуть? Приду в ведомство требовать свою рукопись, пошумлю, она и нападёт на меня.

— Не основательно. Она может стереть вам память и всё. Кому, простите меня за грубость, ну кому вы интересны? Кто будет доказывать, что вы автор, что рукопись детектива ваша, что…. Понимаете, есть вы или нет, на деле это не отразится, вы не тот элемент, который способен поменять всю…

— Ладно, поняла, — Грася вскочила с места и начала шагать от столика к столику. — Тогда будем действовать изощрённее, даже нет, наглее!

— Грасенька, сядьте, вы привлекаете внимание, — тихо осадил порывистость собеседницы лэр-в.

— Хорошо, а вы — важный элемент во всей этой канве? Вы достаточно тяжеловесны, чтобы прижать лэру?

— С некоторыми оговорками, да.

— Значит, вы ставите в известность того, кого, считаете нужным, и пишете лэре письмо. В письме вы выставляете себя таким же, как она. Вы напишите, что всё о ней знаете и требуете с неё за молчание… чего, кстати, она добивалась? Признания, уважения, денег, власти?

— Думаю, ей так часто говорили, что держит она себя по-королевски, что она и впрямь возомнила себя королевой.

— В письме потребуете власти. Это будет ей понятно и приятно, что она уже может распределять должности.

— Не уверен, что ей можно будет поставить в обвинение разговоры о моих притязаниях на должность. Тут скорее меня выставят провокатором, а она — отбивалась, как могла, дожидаясь помощи.

— Нет, лэр-в Робус. У неё психология убийцы. Она решает проблемы быстро и бесповоротно. Она послушает вас, может быть поговорит, но тут же предпримет меры по вашему устранению.

— Кхм.

— Тут многое зависит от вас: как вы построите разговор, сумеет ли она перед вами прихвастнуть своими успехами. Ведь это жажда любого человека — получить заслуженное одобрение после вложенного в дело труда. Хорошо бы, чтоб она поведала вам о своих планах, и только потом сделала попытку убить вас.

— Кхм.

— Прошу прощения, но это будет лучше, чем, если она, ответив вам, что вы мерзавец, клевещущий на неё, сразу нанесёт удар. Думаю, она всё же захочет пообщаться. Преступники любят, когда выслушивают их позицию.