«Подземный город для местных жителей имеет смысл только в одном случае - если в Озоторг войдут монстры...» - мрачно подытожил попаданец и вспомнил описание гранат хаоса. Те не затрагивали местных и не работали ниже уровня земли.

До этого многие склонялись к мнению, что фракционное противостояние будет иметь постоянный характер и что система фракций есть полезное и эффективное нововведение стимулирующее развитие попавших в Озоторг заблудших. Однако узнав фракционную кухню изнутри, Юра начал понимать, что, после того как монстры поднаберут силы, их спустят друг на друга.

«А победитель получит право напасть на Озоторг...» - мрачно подытожил он и тут же попытался отбросить беспокойство. Мол, когда это будет... Это вышло плохо, так как Юра нынешний, в отличии от Юры прошлого, не жил одним днём, а думал в том числе и наперёд.

– Так вы расскажете про нежить?
– вырвал его из раздумий Мирон.

– Нет, не стоит, да и там ничего интересного. Давайте я лучше расскажу вам про свою последнюю встречу с Чёрными искателями приключений. Не самыми отъявленными, но всё же...

– С удовольствием послушаю, - улыбнулся мужчина и приготовился записывать.

– Отчасти это история с грустным концом...
– вздохнул молодой человек.

***

До города он добрался без приключений, а с попутчиками расстался практически друзьями. Под конец ему выдали три визитки, одна из которых, строгая и лаконичная, гласила: «Строительное объединение «Розалия», другая, приятного розового цвета, сообщала: «Аларина Кирин - магическая оценщица», а последняя, скромная, но презентабельная: «Расен Мирон. «Озоторг сегодня». Журналист». На визитках отсутствовали номера телефонов, как, впрочем, и сами телефоны в этом мире, зато имелись почтовые адреса до востребования.

Дождавшись пока экипаж въедет в город, Юра вывернул наизнанку обнаруженную в заплечном мешке маскировочную накидку, чем превратил её в обычный дорожный плащ, накинул капюшон и простившись с попутчиками, применил невидимость, дополнительно подняв градус своей загадочности, после чего прямо на ходу выпрыгнул из экипажа. Сориентировавшись, он осторожно из невидимости вышел: местным применять её в городе запрещалось, и соблюдая максимум предосторожностей, направился к дому.

Заблудшие, а Юра точно встретил их несколько, либо не реагировали на него вообще, либо реагировали повседневно. Но это вполне соответствовало тому Системному сообщению, которое он получил при пересечении городской черты. Решив всё же не искушать судьбу, молодой человек вышел на людную вечернюю улицу, поймал двуколку, благо предусмотрительный Аринтон не забыл насыпать в его карманы некоторое количество денег и назвав адрес, поехал домой с ветерком и комфортом.

Юра волновался. А как тут не волноваться, когда ты взял и пропал на полгода. Тут запросто могут сказать - прости и прощай, у меня другой... Однако где-то внутри себя он твёрдо знал, что Эрита не та женщина, в глазах которой ты потеряешь ценность лишь прекратив обеспечивать её комфорт и уровень потребления.

– П-р-р-р-р, приехали, - сообщил пассажиру немолодой кучер, по виду отставной военный.

– Спасибо, - поблагодарил и расплатился молодой человек, после чего подошёл к калитке в заросшей плющом витой ограде, что отгораживала от мостовой их небольшой сад с уютным двухэтажным особнячком в центре.

«А она вообще сейчас живёт здесь?
– растерянно подумал попаданец.
– Нет, дом то она продала вряд ли, но вполне могла для удобства переехать на служебное жильё...»

Терзаемый неопределённостью, Юра повернул ручку калитки: собачка замка послушно ушла в сторону, пропустив его на уютную, петляющую между рядов кустарника, мощёную дорожку. А вот дверь в дом оказалась заперта.

Вернувшись в сад и найдя под одним из булыжников запасной ключ, он отпер дверь и вошел в прихожую. С первого шага шестое чувство ощутило уют и некое присутствие - покинутым дом не был.

«Сегодня день роста, Эрита писала, что выходной у неё один раз в неделю, а в остальные дни она в гильдии до семи, следовательно дома будет где-то через час», - подумал Юра и принялся раздеваться, размышляя в процессе, что если его половина не придёт, то, возможно, стоит наведаться к Коле, а лучше даже к Жене, а вот к Марине наверно не стоит, так как она съехала с общежития Культа на квартиру и живёт вроде сейчас не одна.

Переодевшись в найденный на положенном ему месте домашний халат, молодой человек отправился не куда-то, а в ванную, где запустил магическую колонку и принял горячий душ, прослезившись в процессе от воспоминаний о количестве вылитой на него в гоблинском плену ледяной воды. Особенно доставалось в первые месяцы, когда на улице стояла промозглая весенняя погода.

Смыв с себя грязь и плохие воспоминания, он, вооружённый махровым полотенцем, подошёл к висящему на стене ванной комнаты большому зеркалу и невольно засмотрелся на отражённого в нём человека.

Юра не раз видел себя и до этого, но как-то частично, в маленькое Машино зеркальце, сейчас же он узрел себя целиком и почти полностью.

Приземистый, пухленький толстячок «помер» уже на втором месяце прибывания в этом мире. На место толстячка пришёл низкорослый широкоплечий крепыш с приятным мужественным лицом. Но и этот - не последней хлипкости индивид, не выдержал гоблинского плена.