— Щас как дам по балде, отвечай по-человечески!

— Ты же сама велела, — напомнил Петик.

— Это с чужими. А со мной говори внятно. Как мы поедем домой, если ты выпил?

— Обижаешь, начальник, я все-таки мент, хоть и отставной!

— Ты хоть знаешь, с кем ты там пил? — вздохнула Рита.

— А чего, прикольные пацанки, заводные, вон у меня полные карманы визиток, потом разберусь, кто есть кто.

— А я попрошу Лиду тебе помочь, — ехидно добавила Рита.

Петик мгновенно протрезвел:

— Ритка, ты не заговаривайся, при чем здесь Лида?

Тут явились три прекрасные дамы и Любомир.

— Петр, мы вас намерены похитить, вы еще не все рассказали.

Петик развел руки:

— Однозначно, не вопрос.

Они отошли, а Любомир обратился к Рите:

— Прелестная Маргарита, разрешите мне стать вашим гидом в нашем террариуме. Вон та женщина в красном — это Тамара Яничева, владелица самого большого винзавода области. А эта в желтом, с дочкой — картофельные королева и принцесса. Нинель и Анастасия Баранкины. Вы меня извините, но я немного наслышан о состоянии дел в вашей компании. И знаю, что вы еще не успели наладить с ними сотрудничество. Настоятельно советую это сделать. Эти дамочки держат в своих руках столько ниточек! Они могут очень пригодиться для вашего ресторанного бизнеса. А ваше процветание и нам весьма выгодно.

Рита внимательно разглядывала женщин:

— Ясный перец…

— Кстати, должен сделать вам комплимент, ресторан прекрасный, и интерьер, и кухня, и цены. Мы его выбрали не только для того, чтобы продемонстрировать наше хорошее отношение к вам. Ресторан действительно один из лучших в городе.

— Запас загадочных улыбок у меня исчерпался, поэтому скажу по-простому: при наливе учтем, — буркнула Рита, и Любомир снова расхохотался.

Артем в клубе беседовал со своим другом:

— Глеб, ты в детстве кружок юного следопыта посещал?

— Было дело. А что? — заинтересовался тот.

— Сейчас нам пригодятся твои бесценные знания, полученные в… каком возрасте? — уточнил Артем.

— В семилетием.

— Задачка: необходимо найти трех девушек. Имеются только их старые фотографии и девичьи фамилии. Глебка, серьезно, хочу трех старых институтских подруг Доминики разыскать. Надеюсь, одна из них приютила ее. В институте был. Там неразбериха полная. Никто не хочет ничего искать. Данных о выпускниках нет.

— Они однокурсницы? Есть блестящая идея! Дать через газету и по местному каналу телевидения объявление, что, мол, инициативная группа разыскивает выпускников такого-то года, такого-то института для организации встречи однокурсников. И дать наши телефоны.

— Глебка, ты — гений. Спасибо твоей маме, что в такой ценный кружок тебя записала.

— Всегда пожалуйста, только ты ей не рассказывай, что я был лишь на первом занятии. Потом я вместо кружка в футбольную секцию ходил.

— Ладно. Ты займись газетой, а я побегу к Борису Михайловичу, у него есть связи на телевидении.

Елизавета Андреевна и Доминика пили чай и вели задушевную беседу.

— Ты, Ника, как ни маскируйся, а не твоя это работа, поверь мне, — уговаривала Елизавета Андреевна.

— Елизавета Андреевна, а ведь я и раньше занималась торговлей. Только на более высоком уровне. Просто сейчас судьба меня вновь бросила на тот уровень, с которого я начинала. Интересно… наверное, хочет испытать мои силы.

— Девочка моя милая, ну не место тебе там, — настаивала Елизавета Андреевна.

— Кто знает, где мое место теперь? Я знаю лишь одно — взбивать сметану в масло нужно при любых условиях. Даже когда нет сил, даже когда все кажется бессмысленным и противным. Я не очень религиозна, но одна цитата из Библии меня когда-то поразила раз и навсегда. Не скажу точно, но за смысл ручаюсь. «Раскладывай свой костер, грянет огонь небесный и подожжет его». Во что бы то ни стало нужно делать свое дело и сопротивляться невзгодам. И в этом спасение.

— Поразительно, но я всю жизнь тоже руководствовалась этим принципом. Правда, достигла малого. Видишь? Палат белокаменных я не нажила.

— Я тоже. Ну ничего, налейте-ка мне еще чайку и чокнемся за наше счастливое будущее, — заулыбалась Доминика.

Утром Сергей позвонил в банк:

— Здравствуйте, девушка, моя фамилия Никитин. Я хочу снять деньги со своего счета. Заказывать? Да. Понимаю. Только завтра? Эх! Девушка, миленькая, постарайтесь это устроить сегодня, вы мой ангел-хранитель, на вас одна надежда. Как говорил Шекспир: надежда — посох любви. Сколько? Всю сумму, пожалуйста. Хорошо, я надеюсь, вам удастся мне помочь. Жду вашего звонка. — Сергей положил трубку, повернулся к зеркалу и заговорил сам с собой, любуясь собственным отражением:

— Пока мне везет. Тьфу, тьфу, Никитин. Тебя голыми руками не взять. Этот старый… Гомер… всерьез думает, что у нас с Никой все еще можно отмотать назад. Как знать, как знать. Он, конечно, наивен, но заручиться его поддержкой стоит… Теперь подумаем о Доминике. Ника, Ника-Никуша! Девочка моя! Ты, конечно, не чета всем этим… финтифлюшкам. Одним словом, крепкий орешек, ты просто так не сдашься. Но кто запретит попробовать? Если, конечно, ты объявишься. Цинично, но это — жизнь.

А теперь хотелось бы представить себе лицо Маргариты Викторовны, когда она увидит себя в газете. Принцесса сковородок, полководец чайников! Журналюги обсосут это событие со всех сторон. И костей не оставят. Я своих собратьев по цеху знаю. Она еще пожалеет о Сергее Никитине!