— Меня сейчас заботит другое, — прервал его Артем.

— Извини, меня как всегда захлестнули эмоции. Как твоя Лилия Многолетняя?

— Ее дело оказалось не очень сложным. Просто им никто всерьез не занимался. Я уверен, что с Многолетней все решится положительно. А сейчас, Юрий Владимирович, я хочу попросить вас, расскажите мне о Доминике с самого начала — с кем дружила, с кем общалась, с кем училась?

— Зачем тебе? — не понимал Юрий Владимирович.

— Я должен ее найти. Я думаю, что в прошлом может быть какая-то ниточка, которая нас к ней приведет. Если обратиться к логике — она же должна где-то жить. В гостинице без регистрации поселиться нельзя. Гостиницы я уже обзвонил. Для того чтоб снимать квартиру или угол, нужны деньги. А по нашим сведениям, Ника осталась вовсе без денег. Если, конечно, не спрятала их в чулок и не закопала где-то под заборчиком.

— Нет, что ты! Ты бы слышал, как она высмеивала меня, когда увидела, что я храню деньги дома. Это она заставила меня завести счет и пластиковую карточку какую-то, — замахал на него руками Юрий Владимирович.

— На ее счетах денег нет. Это я проверил. То есть и квартиру она не снимет. Остаются знакомые. Надеюсь, ее кто-то приютил. Ее подруги могут нам что-то подсказать? — предположил Артем.

— Подруги? Сейчас… Я пытаюсь вспомнить ее подруг… Ты знаешь, разве что старые, институтские. К моему сожалению, в последние несколько лет главной Никушиной подругой был бизнес. — Юрий Владимирович направился к полке, где лежали альбомы с фотографиями. Взял один из них. — Я тебе покажу институтский альбом. Там есть фотографии всех ее подруг. У Ники было три подруги-однокурсницы, они бывали у нас в доме. Я, как старый ловелас, помню хорошенькую блондиночку Нину — вот она. А это Света — жгучая брюнетка… я ее встретил несколько лет назад, она сильно изменилась, ее не узнать. И была такая серенькая мышка — Зоинька, вот эта.

— Столько лет прошло, у них и фамилии сейчас, должно быть, другие. Как их разыскать? — задумался Артем.

— Может, попробовать через институт, — предположил Юрий Владимирович.

— Конечно, схожу, попытаюсь что-нибудь разузнать, но вряд ли они следят за судьбой своих выпускников. М-да, задача. Я пойду, подумаю. Кстати, уже поздно, а Дианы все нет? Вы не волнуетесь?

— Птенчик выпорхнул из родительского гнезда, — Юрий Владимирович грустно развел руками. — С тех пор как она работает, мы почти не видимся.

У Самвела топтался Васька, ждал, пока тот поговорит по телефону.

— Чего тебе, Василий? Говори, только покороче, и уходи, мне работать надо.

— Говорю покороче. Разрешите открыть в сторожке клинику имени Василия Иваныча? Вот.

Самвел озадаченно уставился на него:

— Не понял. В какой сторожке? Какую клинику? Имени какого Василия Ивановича? Имени Чапаева, что ли?

— Эх, объясняю. Со мной случилась производственная травма. Одна баба ошпарила током, с тех пор у меня открылся третий глаз. Теперь я могу видеть все. Понимаете? У меня появился дар ясновидения и целительства. Теперь я лечу от алкогольной зависимости.

А для этого мне нужен кабинет. Вот я и прошу у вас разрешения приспособить мою сторожку под это дело. А Чапаев здесь ни при чем. Это я — Василь Иваныч. А клиника будет называться «Вась-Вась».

— И многих вылечил? — не поверил Самвел.

— Двоих. С одного взгляда, — гордо заявил Васька.

— Дыхни, — потребовал Самвел.

Васька дыхнул. Перегара не было. «Черт его знает, может, не врет». Самвел взял телефон и набрал номер:

— Позови ко мне Леньку-алкаша, из бригады грузчиков. Только быстро.

Ленька-алкаш вскорости приплелся.

— Не ходи далеко, стой там и ни к чему не прикасайся. Ну и запашок. Вот, Василь Иваныч, вам клиент. Прошу, — скомандовал Самвел.

Васька размялся, прошелся с умным видом по комнате, несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, подошел к Леньке. Тот попятился:

— Ты чё… это… в натуре…

— Итак, мы начинаем. — Василий вперил в Леньку горящий взгляд.

Самвел подошел к бару, вытащил бутылку водки, налил стакан. Васька закончил сеанс, выдохнул, отошел, со скромным достоинством объявил:

— Все. Принимайте работу.

Ленька стоял вовсе обалделый. Самвел протянул ему стакан водки. Ленька дрожащей рукой взял стакан, потянул носом и вдруг бросил стакан на ковер. На лице его был ужас.

— Что за дрянь?! — И с этими словами он выбежал из комнаты.

— Убедительно? — Василий был чрезвычайно горд. Самвел потрясенно смотрел на него, все еще не веря в случившееся:

— Слушай, как ты это делаешь?

— Показать?

— Нет-нет-нет! Я тебе верю. А ну, закрой глаза. — Самвел тихонько отошел в дальний угол комнаты.

— Так даете мне сторожку или начинать исцеление? — требовал Василий.

— Садись за стол переговоров, будем обсуждать бизнес-план, — скомандовал Самвел.

— А это что?

— Сколько ты намерен платить за аренду помещения?

У тебя же лицензии нет? Нет. И получить ты ее вряд ли сможешь. Значит, работать будешь подпольно.

— Я людям буду помогать! — заявил Василий. — Нельзя мне деньги брать, Самвел Михалыч. Талант пропадет.

— Ты пафос прибереги для налоговой, — отмахнулся Самвел. — Васенька, я тебе помогу. Ты будешь доктором, целителем, а я — твоим бухгалтером. А таланту твоему не мешало бы приодеться. Новые зубы вставить, а?