Но тут Васька заметил выглянувшую из машины Лёлю.

— О, детишки. Люблю детей. У меня у самого двое. Виталик и этот, как его… Ну, девочка, типа.

Косарева вытащила детей из машины. Васька насторожился:

— Куда ты их ведешь?

— Дяденька, мы не хотим с ней, забери нас отсюда, — заныла Лёля.

— А ну-ка закрой рот, дрянь маленькая! — прикрикнула на девочку Косарева.

— Э-э, да тут что-то нечисто! Василий Иваныч, конечно, не Бетмен, но встать на защиту слабых и он способен.

— Беги отсюда, алкаш, если жизнь дорога, — пригрозила Косарева.

— Василий Иваныч никогда не поднимал руки на женщин. Они на него — бывало, но Василий — никогда. Но если его вынудить, разбудить в нем Бэтмена…

Лёлька заплакала. Косарева оглянулась, достала из сумки электрошокер и приставила к Васькиной шее. Васька, выпучив глаза, повалился на асфальт. А Косарева с девочками скрылась в особняке.

Васька так и остался лежать у ворот Самвела.

Утром Ритка пришла на работу и потребовала:

— Юлия Александровна, пока нет новой секретарши, попрошу вас выполнять ее обязанности. И первое, что вы должны сделать…

— Это сменить табличку на ваших дверях, — догадалась Юля.

— Схватываете на лету, Юлия Александровна.

Заглянул Сергей:

— Рита, нам нужно поговорить.

— Во-первых, Маргарита Викторовна. Во-вторых, это вам нужно поговорить. А я вполне обойдусь.

— Я настаиваю.

— Это нужно понимать как угрозу? — уточнила Ритка.

— Нет. Это — просьба.

Тогда прошу в мой кабинет. Даже любопытно, о чем вы меня просить будете.

Ритка уселась за рабочий стол:

— Я вас слушаю. Только побыстрее, много дел накопилось.

Сергей набрал воздуха в легкие:

— Жемчужина…

— Ого, вспомнил про жемчужину. Начало хорошее, — похвалила Рита.

— А разве я когда-нибудь о ней забывал? — вдохновенно соврал Сергей.

— Ты что, клеить меня надумал? Так предупреждаю сразу — ловить тебе тут нечего.

— Никогда не говори «никогда»… Была у меня одна знакомая учительница французского языка, так она всем рассказывала, как она ненавидит коньяк. Пока на одной вечеринке…

— Короче, Склифосовский. Говори, зачем на самом деле пришел.

И Сергей спросил:

— Рита… Ты что, действительно сократила мою должность, как сказала эта придурочная Юлька?

— Сейчас модно так обращаться с женщинами? — поинтересовалась Рита.

Сергей не понял:

— Ты о чем?

— Назвал свою бывшую фаворитку придурочной. И прозвучало это в твоих устах, как отрыжка на любовном ложе.

Сергей ссориться не собирался:

— Жемчужина, ты многого не знаешь.

Рита повысила голос:

— Отставить! Как обращаются к старшему по званию? Сергей отступил:

— Маргариточка Викторовна, дорогая, окажите любезность, скажите, моя должность сохранена в штатном расписании?

— Чесались мои руки сократить тебя, — призналась Ритка. — Но Амалия — уж не знаю, чем ты ей так приглянулся, — убедила повременить. И я великодушно согласилась.

— Нет, я все же сплю. Или не так… Кто-то из вас, исподтишка, ввел мне психотропный препарат, и мне мерещится, что ты — начальство… У меня галлюцинация. Ха-ха-ха!

— Снова нарываешься? У меня два железобетонных основания: документы, в качестве бетона, и поддержка Амалии, в качестве железа. Что тебе еще надо? Будешь выпендриваться — никакая Амалия тебя не спасет. Вылетишь на улицу.

— Вам, Маргарита Викторовна, как начинающему руководителю следует помнить о соблюдении трудового законодательства… — посоветовал Сергей.

— Так ты ж его сам не соблюдаешь, тунеядец! Ты за сегодня что сделал? Продемонстрируй результат!

Никаких результатов у Сергея не было.

— Ладно-ладно, не кипятись, — миролюбиво сказал он. — А давай отпразднуем твою победу, а? Вдвоем. — Сергей фальшиво затянул: — «Только ты и я, только я и ты, небо и луна, звезды и цветы».

— Это что еще за пошлятина? — поморщилась Рита.

— Жемчужина, я настаиваю на встрече, — вдруг серьезно сказал Сергей.

— У тебя дома? — опешила Рита.

— О! Я обожаю, я боготворю решительных женщин!

— А я ненавижу, я презираю липучих мужиков. Ты же как выплюнутая жвачка! Пристаешь к каждому ботинку, оснащенному каблуком-шпилькой. А когда отклеиваешься — весь грязный, облепленный грязью, и главное — непригодный к повторному жеванию.