Она не стала кричать, но вспыхнувшая ярость искала выхода… и нашла. Неожиданно для себя девушка схватила блюдо с пирогом и обрушила его на светловолосую голову Марко.

– Какого черта? – крикнул он с сильным испанским акцентом, который появлялся у него в минуты сильного волнения или гнева. – Ты что, совсем свихнулась? – Последнее слово он вообще произнес по-испански.

Лия, естественно, не смолчала в ответ… И так было всегда, грустно подумала Лия, тащась вслед за Марко, прикованная к нему наручником. Типичная картина: женщина злится на мужчину за то, что он опоздал домой, за то, что проявил равнодушие, обидел неосторожным словом.

«Мы получили свое», – с горечью подумала Лия, вспомнив, как выглядел Марко с лицом, заляпанным сладким кремом и сиропом.

В тот раз он ушел, не попрощавшись, даже не вычистил куски торта из волос – просто развернулся и хлопнул дверью.

Она приползла на коленях просить у него прощения, но не сразу, а через пару дней, после ледяного молчания и бесконечных упреков, которыми она мысленно осыпала его за то, что он бесчувственный чурбан, а себя – за то, что унижается, любя такого человека.

Неужели она вправду разозлилась на то, что он не хотел есть? Он не мог знать, что она приготовит десерт, да если бы и знал, все равно не стал бы отказывать Виктору во время ужина. Это совершенно бесполезно: Виктор мог заставить трезвенника выпить полведра шампанского, если бы на него накатил каприз.

Но может, Лия взорвалась из-за того, что Марко не пришел к ней, когда обещал, а опоздал и не удосужился позвонить ни из ресторана, ни из машины?

Она вспомнила, как, не отрывая глаз, следила за циферблатом часов в ту ночь, страшно переживая и волнуясь.

Может быть, она боялась, что с ним случилось что-то страшное – например авария, как с ее родителями в ту далекую страшную ночь?

Или ее напугала возможность того, что он увлекся другой женщиной или просто потерял к ней интерес?

Скорее всего ее пугало и то и другое.

А может быть, они с Марко постоянно пикировались из-за мелочей, потому что опасались обсуждать серьезные вещи?

Например, они никогда не говорили о том, что их отношения временные, хотя оба отлично это знали.

«Но почему они были временными?» – задала себе вопрос Лия, украдкой бросив взгляд на четко очерченный профиль Марко. Он был погружен в свои мысли и, казалось, не замечал идущей рядом Лии.

«Почему мы не смогли так заботиться друг о друге, чтобы наша любовь продлилась дольше, Марко?» – мысленно спросила Лия.

Она прекрасно знала ответ на этот вопрос.

Марко постоянно носил маску. Если бы он подпустил ее ближе, Лия, несомненно, разглядела бы за этой маской подлинного Марко Эстевеса.

Но теперь маска сброшена, твердо сказала себе Лия, и она точно знает, что он за человек. Теперь она не допустит ослепления страстью и не совершит второй раз одной и той же ошибки.

«Но видишь ли ты теперь истинного Марко? – протестовал упрямый внутренний голос. – Может быть, он до сих пор прячется за личиной и ведет какую-то игру?»

Что-то подсказывало ей, что маскарад не окончен. Далеко не окончен.

Последний раз Виктор с силой вошел в распростертую под ним женщину и растекся, обмякнув и выпустив из себя сперму и остатки стресса…

Однако это блаженное ощущение продолжалось секунду или две.

Перед мысленным взором снова замаячило лицо Эй Джи Саттон, и все напряжение последних дней навалилось с новой силой. Резким движением он скатился с широко раздвинувшей ноги женщины и улегся рядом с ней на смятой простыне.

– Виктор, куда ты? – протестующе воскликнула она, приподнявшись на локтях.

Однако Кэвал даже не потрудился посмотреть на смазливое личико или на стройное обнаженное тело фотомодели, одной австралийской красавицы, в чьей постели ему уже приходилось бывать и раньше. Если бы она не позвонила ему сегодня вечером и слезно не напросилась на ужин, он вряд ли вспомнил бы о ней, а может, и не узнал бы, встреться она ему на Коллинз-авеню.

– У меня занят вечер, сердечко, но можем встретиться прямо сейчас, я свободен, – проворковал он в трубку, почувствовав приятный зуд в паху. Надо снять напряжение. Жаждущая баба при таких делах – просто подарок. Надо отвлечься, прежде чем в его руках окажется настоящая добыча.

Естественно, красотка сказала, чтобы он приезжал немедленно, – все они так говорят.

– Куда ты уходишь? – плаксиво спросила она, коснувшись наманикюренными пальчиками его бедра.

Он стряхнул с себя ее руку, как надоедливую муху, встал и потянулся за одеждой, аккуратно сложенной на стуле.