— Ребят, вы можете не идти, если не хотите. Я не требую, чтобы вы шли за мной силой, — бросив им через плечо, вошла в открывшиеся запечатанные врата Ильма.

Путешествовать по Глубинным тропам сложно и чрезвычайно опасно. В лабиринте из тоннелей с легкостью можно затеряться и остаться навсегда. Здесь много пещер, ведущих куда угодно, некоторые засыпаны камнями и землёй прямо по середине пути; или в целях сохранности от того, что может прийти с поверхности; или из-за времени и небрежности бывших авантюристов.

В данном случае Сентинел волновало лишь одно — наличие воздуха. Благо, воздух был даже в глубочайших частях троп, так как гномьи ремесленники давних времен строя их, создали сложную систему воздуховодов, а кое-где даже колодцы. Однако, на Глубинных тропах нет естественного света и нужно было носить с собой факелы. Факелов у компании Ильмы не имелось, но им и не нужно было. С мраком отлично справлялась сфера Ильмы. Также Морриган умела создавать магический огонёк, но поддерживать его постоянно — требовало слишком много магических затрат. Ведьма беспокоилась о другом — этот свет мог навлечь на них обитателей подземелья и это не обязательно только порождения тьмы: пауки, многоножки, глубинные охотники и прочую живность.

— Алистер, бывал ли ты здесь? — с некоторым волнением спросила Морриган, совершенно не зная, куда они идут.

— Ну… Конкретно здесь нет. С Дунканом и остальными я пару раз спускался в тропы в другом месте. Помнится, с нами тогда был картовед Стражей.

— Не нравится мне здесь.

— Никому не нравится, — согласился с Ал Алистер. — Разве только гномам. Но они такие странные, что и не удивительно.

— Что она делает? — заметила остановку Ильмы Морриган. Сентинел стояла на перекрестке и внимательно смотрела на табличку.

Ориентироваться в тропах помогали письмена и таблички. На перекрёстках в стены вырезаны руны, которые указывали направление и расстояние. Приняв про себя какое-то решение, Ильма свернула налево.

Их путешествие разбавляли привалы. По всей сети троп находились заброшенные перевалочные пункты и форты, пустые тейги, давние лагеря гномьих шахтеров, исследователей, экспедиций; также залы почтения к камню, где гномы строили залы воздаяния даров к их Совершенным — гномам, которые стали легендарными при жизни благодаря своим открытиям или подвигам.

Спустя несколько часов путешествия Ильма заметила изменения в окружении. Стены нижнего уровня Глубинных троп были измазаны странной смесью масла и грязи, которые распространяют порождения тьмы, поселившиеся там. Алистер узнал, что это, и заметно напрягся. Известно, что Порождения тьмы заражают скверной даже камни вокруг себя. С обнаружением смеси в дальнейшем повсюду и везде обнаруживались свежие следы порождений тьмы. Из-за чего Алистер и Ал вели себя крайне неуютно, то и дело бросая во тьму настороженные взгляды, будто слышали в темноте чей-то голос.

Согласно историческим записям, королевства гномов некогда простирались по всему Тедасу, и их подземные города-крепости, называемые тейгами, было практически невозможно сосчитать. Кэл Шарок в те времена являлся столицей, домом для всех благородных кланов, а Орзаммар, куда они направлялись, был всего лишь городом шахтёров и кузнецов. Многие из поверхности отмечали, что это захватывающее дух зрелище — величественный город из камня, высящийся внутри огромной пещеры над морем расплавленной лавы. Горнила кузниц там грохотали громче всех, и лучшие мастера ковали предметы, которые вызывали зависть у всех рас. Изделия гномьих мастеров высоко ценятся во всех королевствах.

Изрядно протоптавшись десятки миль по бесконечным темным тропам подземелья, Ильма решила сделать привал в уединенном месте. Когда её сфера исчезла, мрак стоял, что ни зги не видно. Собрав поблизости всё, что может гореть, четверка устроилась на отдых. Провизии и воды осталось на четыре дня. Все, кроме Ильмы были крайне озабочены таким поворотом событий. На все их вопросы бретонка лишь уверяла, что они на правильном пути и скоро дойдут куда надо. Полностью доверившись ей, все устроились на сон.

***

Тьма и шепот. В глухой тишине издалека раздавался чей-то голос — Зов. Такой манящий и… чарующий. К голосу присоединился другой, потом ещё один, потом ещё и ещё… Неразборчивые голоса слились в одну неразборчивую симфонию. Вдруг все голоса утихли перед рёвом чудовища, от которого кровь стынет в жилах. Перед тем как открыть глаза и проснуться от удушающего видения, Алдуин увидела силуэт двух огромных крыльев черных как ночь.

Вся вспотевшая с бешено колотящимся сердцем в груди, девушка долго приходила в себя от увиденного. В ушах все ещё стоял тот шепот и холод от страха на кончиках пальцев.