— По-видимому их остановил стражник праха… — ответила Андрасте.

— Ты не против, если они тоже пройдут?

— Конечно.

— Кхм-кхм, — прервал милый разговор Андрасте и Ильмы кашель Морриган. — Ильма, могу я спросить?

— А… О, Андрасте, знакомься, Морриган. Морриган, это Андрасте.

— Андрасте? — обескураженная ведьма не знала, как отреагировать на это.

— Её след, — просто объяснила женщина из света и вновь обратилась к бретонке. — Ильма Сентинел.

По взмаху её руки рядом с ними появились почти разодетые Алистер с Ал.

— Садитесь, — тепло предложила Андрасте, воссоздав прямо из воздуха стол и стулья.

— Эм… Я, конечно, извиняюсь, что не вовремя, но… Почему вы разделись? — ухмыляясь, спросила Ильма, присаживаясь за стол.

— Ильма?!

— Эм… Мы должны были снять с себя всё лишнее, чтобы очиститься.

— Дух так сказал… — залившись румянцем, затараторили они невпопад.

— Так, это же образно, нет? С этими «божками» и «магией» никогда не стоит принять все их слова на прямоту. Думаю, здесь имеется в виду, лишние думы, мысли, и всё такое… Вряд ли этому ненастоящему огню есть разница между одеты вы или нет.

— Но дух-стражник… — повертел головой в поисках духа Алистер и столкнулся с Андрасте.

«Дыхание… Андрасте…», — забыл как дышать молодой страж, глядя на женщину из света. Та смотрела за их беседой и будто бы улыбалась как заботливая мать, смотрит за своими детьми за столом.

— Итак, Скверна. Откуда она взялась? Есть ли вероятность избавиться от этого Абстракта раз и навсегда? И самое главное, где её источник? — скопом задала свои вопросы Ильма.

— О… — удивилась Андрасте. — Значит ты уже знакома с Абстрактами. Это хорошо. Я сама не так много о них знаю. Что весьма странно. Откуда ты знаешь, Ильма Сентинел?

— Из Древних Свитков и вот от неё, — Андрасте перевела взгляд на Ал, но ничего не сказала.

— Древние Свитки? Аа… Понятно, — поспешила объяснить ей Ильма.

Пока Ильма общалась с самой Андрасте, то есть с её следом в материальном мире, остальные пребывали в самых различных чувствах. Кто-то смотрел с благоговением в глазах и не мог оторвать взгляда, кто-то пытался вслушиваться в разговор, изредка вставляя свои слова, а кто-то Морриган. Её золотые глаза выражали полное недоумение и неверие. Слишком всё это было нереальным, чтобы бы быть правдой.

— Сколько всего этих Древних Свитков?

— Невозможно сказать, за свою жизнь я держала на руках только три. И все три раза чуть не умерла, — как ни в чем не бывало отвечала Ильма на вопрос Андрасте. Разговор постепенно перешел к Скверне. К самой её сути.

— Ответа на этот вопрос у меня нет. Только догадки, — с грустью поведала Андрасте.

— Я слушаю.

По самой известной трактовке Мир ничего не знал о Скверне до -395 Древних Времён, когда Золотой Город почернел, а в мире появились первые порождения тьмы. Именно церковники начали впервые документировать новую «хворь», обнаруженную глубоко в недрах. Ныне же Церковь учит, что это произошло из-за гордыни магистров древнего Тевинтера, явившихся на небеса и осквернивших их своим присутствием, хотя единого мнения на этот счет у народов Тедаса до сих пор нет — например, тевинтерцы и гномы не верят в версию Церкви — последние утверждают, что порождения тьмы давно обитали в глубинах земли.

След Андрасте вещала всем известную Версию с некоторыми дополнительными фактами, которую Ильма слушала с предельной внимательностью.

— Скверна была задолго до Андрастианского учения. Полагаю её источник в обители Создателя — В Золотом Городе, — закончила Андрасте.

— Золотой город значит… — рассуждала вслух бретонка. — А как туда добраться?

— Об этом мы поговорим с глазу на глаз. Найди способ попасть в Тень, Ильма Сентинел. Отыщи Элувиан и тогда я найду тебя, — последние слова Андрасте передала только довакину, продолжая говорить вслух совсем другое. — Не знаю. Любопытно, но в истории эльфов также имеется некоторые события, схожие со Скверной. Пусть много чего утеряно, однако я немного поведаю, что разузнала.

В долийской мифологии существовал миф о другой расе богов: боги зла, с которыми боги эльфийского пантеона борются в бесконечной войне. Эти боги были известны как Забытые, и не зря, поскольку даже эльфийские старейшины практически ничего не знают о них. По легенде после предательства Фен’Харел Творцы оказались заперты на Небесах, а Забытые в Пустоте. Легенды почти не сохранили сведений о Забытых, даже большая часть их имен была утеряна.

В то время как Творцы считаются богами справедливости, знаний и ремесел, направляющими и защищающим эльфов, Забытые в верованиях долийцев боги зла. Их домены — это болезни, зло, ужас и ненависть. Забытые не милостивые пастыри, но грозные враги, охотящиеся на эльфов.

Согласно легенде о Великом Предательстве, Фен’Харел заманил Забытых в Бездну, пообещав, что мнимое перемирие поможет уничтожить Творцов и оставит эльфов без их защиты. По другой версии Ужасный Волк сказал обоим кланам богов, что враги выковали грозное оружие — клинок, который положит конец войне. Творцам он сказал, что оружие на небесах, а Забытым — что оно сокрыто в бездне. И когда боги отправились на поиски, он заточил тех и других в их стихиях.

Во времена Элвенан Немногие сохранившиеся со времен до падения Арлатана сведения утверждают, что Забытые жили в месте, известном как «Пустота» или «Бездна», в котором не мог долго находится ни один смертный или бог. Гельдауран, один из Забытых, испытывал как минимум неприязнь к эванурисам. Он считал, что никаких «богов» не существует, и что право господствовать над другими должно получать «не по природе, а по заслугам».