Схожие по мрачности мысли одолевали Алдуин. У девушки были не самые радужные мысли касаемо будущего. С самого перерождения она чувствовал себя совершенно потерянной, ощущала, как чего-то не хватает — разъедающую пустоту и вину. С ней была только память. Гнетущая, беспощадная и весьма кровавая память о былых временах не давали ей вздохнуть свободно. Как бы она хотела ошибиться, но… Её самые худшие опасения насчет Абстракта обернулись явью. Она понимала, что теперь-то уж ей ни за что не потягаться с сущностями, обладающими почти-то что безграничной мощью. Теперь она — простая смертная, ну, не совсем простая, но всё же смертная. Из их компании только драконорожденная имела шансы что-либо предъявить им. Следовательно, она не будет с ними вечно ходить. Зная характер довакина, которая точно ломанется вперед против Скверны, Голода, да в принципе против кого угодно, не взирая ни на что, Алдуин боялась, что Ильма может сильно пострадать. С другой стороны, чем она ей может помочь? Ничем. Последнее особенно тяготило её. В грядущих битвах против таких врагов она вряд ли чем-либо поможет Ильме, окажись рядом с ней. Довакин будет только отвлекаться на неё. Это означало лишь одно — она скоро уйдет. Как бы ей этого не хотелось — это самое вероятное, что случится.

«В конце концов в битве с Алдуином она также была одна… Всегда».

— Хм… Странные светящиеся врата, — нарушил тишину голос Ильмы. Женщина с любопытством осматривала свою находку в виде огромной металлической стены.

Её слова вырвали из раздумий её спутников.

— Я знаю, что это… — уверенно отчеканил Алистер, избавившись от ненужных душевных терзаний. Страж узнал рунные символы гномов на вратах — это запечатанный проход в глубинные тропы гномов.

— И что же? — на вопрос бретонки страж поспешил объяснить, начав издалека, зная, как Ильма любит узнавать всё в подробностях.

Как-никак Серые Стражи знают о глубинных тропах намного больше, чем все живущие на поверхности. Они рьяно хранят карты таких подземных сооружений и собирают со всех уголков света.

Глубинные тропы — некогда крупнейшая сеть подземных дорог, которая когда-то соединяла гномье царство по всему Тедасу в единое целое. Воистину чудо инженерного искусства гномов! К сожалению, ныне утерянное, канувшее в лето. Как и от самих гномов, от троп осталось лишь немногое, но все равно они не переставали быть рукотворным созданием совершенного технологического уровня.

Потолки подземных комплексов достигали невероятных высот, поддерживаемые надежными опорами. В таких тоннелях с легкостью мог бы затеряться какой-нибудь громадный дракон. Пространства действительно поражали своими размерами, будто они оказались в совершенно другом мире. Кромешную тьму подземелья кое-где отгоняли люминесцентные растения и грибы, а кое-где до сих пор горели древние светильники, уныло освещая мрак и непонятно чем питающиеся. Тяжелый влажный воздух с примесью запаха плесени и чего-то ещё неприятного действовал на людей не самым приятным образом.

Запечатанные рунным ключом врата служили надежным укреплением против орд порождений, однако они поддались грубой силе довакина. Стены глубинных троп задрожали от безжалостной силы, местами даже пошли трещинами. Рунные символы моментально выгорели, не выдержав чудовищную мощь ту’ума. Центр огромной металлической пластины разошлась в сторону трещинами и рухнула во внутрь с жутким грохотом.

— Они не зря были запечатаны! — встревожился Алистер, придя в себя после оглушения от крика. — Порождения тьмы могут нахлынут сюда!

— Такой шум даже наверху бы услышали, дова! — поддержала Алистера Ал.

— Они и так уже знают путь наверх. А нам ведь нужно идти к гномам. Кстати, отсюда, мы можем добраться до Орзаммара?

Вопрос Ильмы имело место. Ведь многие жители Ферелдена думают, что так называемые «глубинные тропы», откуда появляются чудовища, потеряны или вообще страшные сказки, но большинство из них всё ещё существует. Достоверно известно о входе в Орзаммаре. Гномы закрыли вход на Глубинные тропы, когда подверглись атаке порождений тьмы во время ещё Первого Мора. И до ныне они находятся под строжайшим замком. Все они запечатаны рунными печатями — за восьмиугольными стальными дверьми, украшенными геометрическими узорами из лириума.

Вход в Глубинные Тропы находится под запретом во всех государствах Тедаса и нарушение карается законом. Но это не останавливает особо любопытных и жадных до спрятанных сокровищ потерянных гномьих тейгов. Кроме Серых Стражей, только Легион Мертвых имеет право на нарушение запрета.

Как много врат подземной сети всё ещё открыты — неизвестно, так же, как и сколько из троп захватили порождения тьмы. Прошли века с того момента, как порождения тьмы наводнили поверхность. Войти на Глубинные тропы означало подвергнуть себя огромному риску. Существует множество легенд о путешественниках, потерявшихся в холмах рядом со входами на Тропы. Из-за чего и власти были вынуждены ввести запреты.

— Я не знаю пути в Орзаммар по глубинным тропам, — сравнявшись с Ильмой, ответил беспокойный Алистер в надежде, что та передумает.

— Ладно, я узнаю, — уверенно выпалила бретонка и не сбавляя хода, прошагала вперед к открывшемуся проходу.

Молодому стражу оставалось лишь смириться с тяжелым вздохом. Его спутницы были солидарны с ним, но никто не решился переубедить Ильму. В ином случае им придется сворачивать назад, но уже без Сентинел. Она все равно сделает всё по-своему. В любом случае для неё путешествия по таким местам давно стали рутиной. В компании или без.