— Что произошло? Ты видел кого-нибудь?

— Я… Я… — начал мямлить патрульный.

— Спокойней, можешь начать с самого начала. Что вы здесь делали?

— Д-да… Мы получили наводку от одного жителя. Тот сказал, что видел подозрительных людей в баре одного из террористов. Заведение должно было пустовать после смерти террориста, вот мы и пошли проверить. А вдруг, не всех поймали. Наш командир радовался, что скоро получит повышение…

— Дальше, — сказал Говард, когда юнец прервался.

— Ну… Мы прибыли сюда. Здание пустовало. Никого не было. Я с Ником поднялись наверх. Вдруг раздался шум. Мы спустились вниз… А дальше… Я не помню. Всё произошло так быстро.

— Сколько их было?

— Я… Не знаю… Я видел только одного. Это была черная тень со стеклянными глазами. Его магия убивала, издавая грохочущие звуки. Ника изрешетило, я видел, как он умер на месте и тогда… — юнца вырвало прямо на пол кареты.

«Огнестрельное оружие…», — понял туманные слова паренька Говард. «Но почему Хогсмид? Кто же ты и к чему ты стремишься?». Безответные вопросы заставили его потянуться к трубке. Поправив свою шляпу, он разжег табак и смотрел на мирных жителей в соседнем баре из окна кареты.

— Возьми, — протянул платок пареньку. — Что-то ещё? — Патрульный немного успокоился.

— Ничего. Только этот дребезжащий звук.

«Дребезжащий звук», — записал на своем блокноте Говард и покинул карету.

— Что послужило причиной обрушения здания? — спрашивал командир ищеек у специалиста.

— Мы провели диагностику. Мы исключили почти все заклинания. Всё здание пошло трещинами и рухнуло под своим весом.

— Я ничего не понял. Вы хотите сказать, что бар обрушился по собственной воле?

К дальнейшему их разговору Говард не стал прислушиваться. Заметив бар мадам Розмерты, он пошел за порциями слухов. Уж конкурент по бизнесу должен был знать хоть что-то о владельце этого бара, что-то такое. До дня казни никому не была известна фамилия Аберфорта. Все просто привыкли, что старика звали просто по имени. А на деле, он оказался братом самого Альбуса Дамблдора. И кто знает, какие секреты он ещё хранил при жизни.

— А когда ты стала, ну… такой, — решилась спросить Гермиона, искоса бросая взгляды на Эльсерафи.

— Слышать голоса? Да, с рождения, я, полагаю.

Видимо, она считает, что пепельноволосая — всего лишь плод фантазии и воображения. Я, наверное, согласилась бы с ней, если бы они исчезали со временем, но нет. Мои «квартиранты» в разуме живут, чем-то занимаются, развиваются, общаются как живые люди. И самое главное: они имеют независимость. Ну, относительную, конечно, и всё же, независимость. Я ими не управляю.

— То есть, ты не знаешь? — допыталась она.

— Да, я как-то не задумывалась об этом, Гермиона. Ну, болтают они там и болтают, ну слышу я их, слышу, что такого? — я поудобнее устроилась на плече Эльси, якобы подтверждая свои слова. Та не выказала никаких претензий, вся поглощенная своей музыкой. — И вообще, вернемся к тебе или хочешь дальше посмотреть что-то из моих?

— Дальше, — беспрекословно выпалила Гермиона.

— Уверена?

— Эл… — её голос снизился на пару тонов. Вот, уже узнаю ту Гермиону, твердо настоящей на своем.

В итоге продолжилась очередная серия тура по моей линии жизни. В очередной серии во всех подробностях показывались мои начинания в скейтбординг. И, кажется, мы перескочили год или даже полтора: я была заметно подросшей. На этот раз я слонялась по знакомым улицам родного Лондона. На дворе стояла ясная погода. Солнце нещадно слепило зрителям глаза. Что заметно — я уже уверенно держалась на скейте. Свист ветра и шум города вокруг сопровождались озорными комментариями весьма энергичного голоса — да уж, голос Энн трудно спутать с другими и невозможно забыть.

Толпы прохожих, ряды машин и бетонные стены, каскадом сменяющихся друг за другом кадров, мелькали на заднем фоне позади меня. Вся сосредоточенная и собранная я буквально летела по тротуару, чуть не врезаясь в людей и едва не попадая под машины. Со стороны скорость казалась мне совершенно иной — как-то всё медленно. С вид от первого лица ощущения вообще не такие. Обыденные прогулки постепенно сменились другой локацией. Кадры фильма закинули нас в промышленный район: рядом пролегали множество громадных труб.