Линк кивнул, сжимая губы.

Она подняла одну наманикюренную руку. Сложенный фиолетовый стикер был зажат между ее пальцев. Когда двери лифта снова начали закрываться, она нахмурилась и ударила рукой по ним рукой с такой силой, что это заставило Линка вздрогнуть. Сладкая улыбка снова появилась на ее лице только после того, как двери опять открылись.

Она протянула руку, предлагая ему записку.

— Если ты когда-нибудь захочешь поменять ситуацию, — объяснила она. — Или, если ты захочешь… хоть что-нибудь.

Она снова прикусила губу, позволяя своему взгляду пробежаться по его телу еще один раз.

Линк взял записку и поднял ее, снова кивнув.

Она смотрела ему прямо в глаза достаточно долго, чтобы стало неудобно, прежде чем она убрала руку от двери и сделала несколько медленных шагов назад. Она разрывала их зрительный контакт, но вместо нее это сделали двери лифта.

Линк выдохнул, когда двери наконец закрылись.

Он посмотрел вниз на стикер, и ему даже не нужно было открывать ее, чтобы узнать, что там написано.

Сминая ее в руке, он напомнил себе, что нужно найти ближайшее мусорное ведро, как только он доберется до 5 этажа.

***

Через несколько минут Линк залетел в больничную палату в конце коридора на пятом этаже. Он поднял свои брови, когда увидел своего напарника — Саманту Геллар.

Прямые, каштановые волосы Сэм доходили ей до самой талии, будто вытягивая ее лицо еще сильнее. На ней были ее обычные черные брюки, рубашка на пуговицах и громоздкие ботинки. Единственная часть ее тела тоньше, чем ее ноги, были губы, и эти губы растянулись в улыбке при виде его, ее карие глаза проследили за ним, когда он подходил.

— Привет, Сэм, — он подошел к больничной кровати, на которую она облокотилась.

— Можешь поверить, что этот психопат сделал еще одну попытку? Кто делает такое дерьмо?

— Просто, когда я чертовски уверен, что уже видел все…

— Да, не говори, — усмехнулась она. — Похоже, нам в руки попал серийный маньяк, который любит кастрировать. Чертовски странно говорить это вслух.

— Еще не серийный. Он должен сделать это три раза или более, чтобы стать серийным. Это парень сделал это только один раз, — он подумал о Юджине и ухмыльнулся. — Или, полтора раза.

— Было бы два преступления, если бы его девушка не пришла раньше прошлой ночью. Юджину бы лучше поблагодарить его чертову судьбу, — Сэм скрестила руки и выглядела озадаченно. — Но какой мотив? Почему Тодд? Почему Юджин? — она рассмеялась. — Почему яйца?

— Я не знаю, но что это ни было, это точно что-то личное.

— Слишком жестоко, чтобы не быть чем-то личным.

— Точно. Кто бы это ни был, он хочет видеть, как они страдают.

— Кто хочет заставить страдать Тодда и Юджина?

— А кто бы не хотел? Мог бы быть список и покороче.

— Ага, — Сэм кивнула. — Все ненавидят богатеньких парней. Как предсказуемо.

— Ты не местная, — Линк сжал руки в кулаки, заставляя бумажку в его руке, о которой он забыл, шуршать. — Поэтому ты не знаешь, что богатые в Тенистой Скале далеко не так чисты, как кажется, но я уверен, что они будут в восторге, когда услышат, что ты сделала из них жертв.

— Ты хочешь сказать, что Тодд и Юджин не жертвы? — ее взгляд упал на его плотно сжатый кулак.

Линк посмотрел вниз, когда она наклонилась вперед и вырвала фиолетовую записку, зажатую в его руке. Он закатил глаза, когда она развернула ее.

Она захихикала, когда прочитала ее, поворачивая ее к нему.

Он проворчал.

— Какая то медсестра.

— Какой-то доктор, судя по ее маленькой любовной записке, — Сэм повернула записку к себе и старалась говорить сексуальным голосом, когда читала написанное вслух. — Доктор Хейли Дин. Позвони мне, в любое время. Что бы это не было, — Сэм рассмеялась. — В конце три сердечка и три смайлика. Боже. Она очень сильно жаждет твой член.

Линк отошел, направляясь к окну.

— Я хотел выкинуть это.

Звук шуршащей бумаги заполнил комнату, и он повернулся к Сэм как раз в тот момент, когда она кидала бумажку через комнату.

— Попала! — похвасталась она, когда бумажка с легкостью попала в мусорное ведро, глядя через плечо и подмигивая ему. После ликования, она повернулась к нему лицом. — Знаешь, это не убило бы тебя, если бы ты воспользовался всеми этими женщинами в этой больнице, черт, да всеми женщинами острова, которые предлагали себя тебе годами.