И вот сейчас наследник династии разведчиков стоял и травил в кружке инженеров байки.

— Что врём? — подкрался я к нему со спины.

— Рассказываю, как Перебедову арестовали.

— А ее арестовали?

— Да, еще утром, при мне дело было, — ответил вместо Младшего Панцырев.

Странно, когда закрыли Макса, в бюро царила подавленность, а тут почувствовал злорадство и удовольствие — странные чувства для коллег арестованной.

— Помнишь, мы жаловались, как две командирские девятки на ровном месте из строя вышли? — продолжил Сашок.

— Помню! — заодно вспомнилась формула-шифровка Нины-Турбины: "Сорок пять умножить на девять минус два, оба раза зачетных, что бы это ни значило!"

— Потом мы разобрались — на каждой по два реле оказались нерабочими, родная деталь была заменена на другую, подделку.

— И что?

— Перебедова, тварь такая, сняла!

— Точно?! — насторожено глянул на победно скалящегося Младшего.

— Точно. И знаешь, для чего?! — народ, уже знающий ответ, замер, предвкушая мою реакцию.

— Для чего? — задал ожидаемый вопрос.

— Они очень красиво подходили на ручки для шкафчиков!!!

— Итицкая сила!!! — не разочаровывая компанию, прошелся добрым словом по умственным способностям Перебедовой, а заодно по ее родне по материнской линии.

— Умеет наш командир! — добродушно похлопал меня по плечу Сашок, выслушав загиб, — Ладно, дадим людям поесть, а то они оба скоро прозрачными станут!

— Заведи себе подружку, и тоже так выглядеть будешь! — огрызнулся я.

— Чур меня, чур! Зачем останавливаться на одной, когда вокруг столько красавиц? Я лучше как шеф, лет в сорок остепенюсь!

— Балабол! — ткнул его Макс, опередив меня, — Дорасти сначала до шефа!

За столом Младший расслабился, прекратив контролировать лицо, которое выдавало всю скопившуюся за последние дни усталость.

— Молодец! Так держать! — похвалил я его. Что ни говори, а оказаться вдруг на окне в неработающем экзе — хуевая перспектива. А моя девяточка из всех командирских была самой командирской, все новшества обкатывались обычно на ней. Вдруг бы еще какая заклепка кому-то в быту пригодилась?

— Да, я-то что? Это Людмила Васильевна ее вычислила, я только помог, да на задержании подстраховал. Даже не подозревал, что на свете такие дуры имеются! Мы ведь все на происки неведомых врагов грешили, а тут… святая простота! Она даже не понимала, что это из-за ее подделок сыр-бор поднялся!

— Значит — оба молодцы! — похвалил особистов-кураторов повторно, — В личном деле запись появится. Что нос повесил?

— Порылся в истории, в этом году рекорд! — заявил Сергей, ковыряясь в салате.

Окна продолжали открываться по три-четыре в день. В прессе и на радио размеры бедствия старательно замалчивали, но те, кто обязаны были быть в курсе, ходили черными.

— Как всадницы?

— Погибших уже пятнадцать и втрое больше раненых. Почти весь ведущий состав выбит, перешли на запасной.

Пять тысяч всадниц, казалось бы, что такое им шестьдесят человек в минус? Хуйня! Но! Где-то пятая часть не могла выступать по причине беременности или кормления. Хочу я признавать, не хочу — а их разводили словно скот. Порядки в кланах царили примерно одинаковые, и каждая всадница в восемнадцать была обязана родить ребенка. У моей "невестушки" Вики уже имелась одна спиногрызка, и это Тихая Смерть еще выгодно отличалась от сверстниц, имеющих к ее возрасту по два ребенка! У Кровавой Ведьмы помимо Белки имелось еще две дочери. Третья, как обычно, во всадницы не годилась, зато готовилась к роли свиноматки для нового поколения бойцов.

Еще пятая часть перманентно находилась на излечении — даже при пятистах искрах раны требовали времени на заживление. Добавим сюда же "красные дни календаря" — как минимум три дня из тридцати всадницы были не боеспособны, в составлении графиков дежурств мне тоже приходилось это обстоятельство учитывать.

Итого — на действующей службе состояло три тысячи. Из них еще тысяча — это не нюхавшие пороха молодые девочки, которые могли погибнуть на первом же окне, подставив остальных. Еще примерно тысяча — ветераны схваток, уставшие от поединков. Чем ближе к сотому окну, тем выше становился шанс гибели, злая статистика не ошибается. Итого — всего тысяча результативных магичек, крутящих счетчик побед, из которых за три недели выбили шесть процентов.

— Половина девяток уже готова, можем где-то подменять.

— Я знаю, но решение принимают не на моем уровне. И даже не на уровне Маздеевой.

— Передайте тогда наверх, что мне надо обкатать еще три четверки. Зайки застоялись, плюс четверка Тушнолобовой полностью готова.

— Зайки?! — вскинулся Серега, вовсю погрязший в романе с двумя лейтенантами.

— Да, Зайки. Если ты не забыл, то они самые успешные офицеры проекта, первые кандидаты на повышение в звании. Их девятки отшлифовали, так что ничего с ними случиться не должно.