Мать пришла ко мне через пятнадцать минут. До этого, очевидно, пыталась замять конфликт и успокоить отца. Иначе бы явилась сразу. В этом я даже не сомневался.

Лицо у тирры Беатрисы было взволнованным, на щеках выступили красные пятна.

— Мальчик мой, что же ты натворил?! Разве можно так с отцом разговаривать? Лучше бы предоставил мне возможность постепенно его склонить к мысли о твоей учебе. Я бы смогла подобрать правильные слова.

— Сказанного не воротишь, — резонно заметил я. — Да и не хочу я больше прятаться за твоей спиной.

— Отец сказал, что дает тебе время до утра все хорошо обдумать. Если придешь к нему с повинной и пообещаешь больше не устраивать подобных глупых бунтов, он, так уж и быть, сделает вид, что ничего не было.

— А если нет? — жестко усмехнулся я, понимая, что этот вариант точно не для меня.

— Тогда он официально от тебя откажется. Пусть это и будет означать — лишиться прибыли от твоего брака. Но ты же знаешь, понятие чести рода для Велдона всегда было важнее всего. Собственный сын осмелился оспаривать его волю. Твоего отца это сильно задело. Особенно учитывая то, что ты никогда раньше так не поступал. Он очень зол, Аллин! Говорит, что мальчишка, очевидно, возомнил себя великим магом после пробуждения дара, и решил, что семья ему теперь не указ. И что тебя нужно поставить на место, если вздумаешь упорствовать. Вот, как он все воспринимает!

— Позволь, догадаюсь, что еще он мог сказать, — саркастично отозвался я. — Что не пройдет и нескольких дней, как я приползу обратно. И буду униженно молить принять меня назад.

Мать отвела глаза, и я понял, что так оно и есть. Отец не верит в то, что я и правда смогу сам о себе позаботиться. Впрочем, небезосновательно, если вспомнить о том, каким он знал Аллина прежде. Вот только тут многоуважаемый тирр просчитался! Сейчас он имеет дело не с глупым мальчишкой, а взрослым мужчиной. Я привык заботиться о себе сам, несмотря на инвалидность в прежнем мире. И даже наоборот, несчастье, что со мной произошло, сделало куда сильнее и взрослее, чем мог бы при иных обстоятельствах. Так что имея здоровое тело и кое-какие магические таланты, точно не пропаду! А в Академию можно поступить и через несколько лет, когда поднакоплю денег.

— Значит, ты не передумаешь? — видимо, все прочла по моему лицу матушка.

— Об этом не может быть и речи. Если такой сын отцу не нужен, ну что ж, приму это как данность.

— Но ты ведь понимаешь, что лишишься не только его покровительства, но и титула? — сокрушенно вздохнула мама. — Станешь обычным простолюдином!

— Пусть будет так, если иначе не получается, — я пожал плечами.

В этом мире, кстати, лишать звания аристократа может не только король, но и глава аристократического рода. Правда, по отношению только к членам своей семьи. Лишить титула кого-то из своих вассалов он права не имеет. А вот собственного сына или дочь — запросто! Достаточно лишь официально вычеркнуть его имя из специальной родовой книги. Впрочем, получить титул можно и самому за какие-нибудь выдающиеся заслуги или через удачную женитьбу с переходом в род жены. Последнее, конечно, меня нисколько не привлекало. А вот первое — кто знает, как сложится жизнь.

Приняв для себя окончательное решение, я внезапно успокоился. И даже обрадовался тому, что не придется больше подстраиваться под кого-то. Что отныне сам стану хозяином собственной жизни.

Только заметив слезы, бегущие по щекам тирры Беатрисы, слегка смутился. В этом мире есть человек, для которого я важен, и мой уход больно на ней скажется. Вот только так или иначе Аллин вынужден был бы ее покинуть. Сейчас или через пять лет, переехав во владения жены, это уже не столь важно.

— Мне жаль, — я осторожно обнял ту, которую и правда стал считать второй матерью, и привлек к себе.

Она долго рыдала на моем плече, пока я неловко пытался утешить и заверял, что не пропаду. Потом внезапно отстранилась и выбежала из комнаты. Я же вздохнул и двинулся к шкафу. Нужно решить, что взять с собой в дорогу. Надеюсь, отец не потребует от меня покинуть замок в чем мать родила. Мол, раз отказываешься от семьи, отправляйся таким, каким был в тот день, когда тебя в нее приняли. А вот от дорогих артефактов придется отказаться! Не хочу, чтобы кто-то меня ими попрекал. С сожалением снял с шеи целительский и защитный артефакты, к которым успел уже привыкнуть. Второй, кстати, после памятного случая мне дали гораздо более мощный, чем раньше. Мать настояла.

Не успел я собрать в дорожную сумку самое необходимое: три смены одежды и нижнего белья и гигиенические принадлежности, как вернулась тирра Беатриса. Причем не с пустыми руками. Она держала в руках небольшой бархатный мешочек, явно не пустой. Похоже, совсем без средств мать меня оставлять не намерена. Как бы поделикатнее отказаться? Пусть деньги были мне нужны позарез, но неудобно принимать их от семьи, от которой сам решил отказаться. Словно прочитав все по моему лицу, тирра Беатриса властно махнула рукой, обрывая мои возможные возражения. Именно такой вид она принимала, когда общалась со слугами. Настоящая тирра! Хозяйка, которой не прекословят. Со мной она никогда прежде такой не была.

— Это принадлежит мне, а не твоему отцу. Перед тем, как я покинула отчий дом, мой покойный батюшка передал. Сказал, что мужу и так отойдет все мое приданое. Но что у меня должны оставаться собственные средства на всякий случай. Ему будет спокойнее осознавать, что дочь ни в коем случае не будет нуждаться, — взгляд ее при воспоминаниях о дедушке Аллина, смягчился. — Он очень меня любил, мой батюшка. Несмотря на наличие двух старших сыновей, я всегда была его любимицей. Эх, если бы он был жив, я бы точно знала, что делать! Отправила тебя к нему! Но к сожалению, после смерти отца во владениях Глайред теперь всем заправляет мой старший брат. А он не тот человек, которому бы я доверила свое самое дорогое. Тебя.