Не видит?!

Сознание немилосердно напомнило, что на плече моём около двух недель красуется клеймо и, кажется, час расплаты за него настал.

Резко стало не по себе. Голова закружилась и стало холодно, точно очутилась в водовороте ледяного океана. Но так как рядом стоял претендент на счастливое совместное будущее, уткнула взгляд под ноги и постаралась сосредоточиться.

— Подожди секунду, — пробормотала.

Так-так, те безумцы утверждали, что всё это не смертельно... во всяком случае, если соблюдать кое-какие меры...

Головокружение сбавляло обороты, а сознание прояснялось, стремясь выдать подробности разговора с иномирцами. Сердце, однако, в отличии от разума, поддаваться контролю не желало.

С ума сойти... но для начала...

Я подняла голову и улыбнулась.

— Прости, голова закружилась, — мягко произнесла, всем видом показывая, что ничего сверхнормального со мной не происходит и я вовсе не больна на голову. — Кажется, перегрелась на солнышке.

Залёгшее на дно голубых глаз подозрение схлынуло, точно в мгновение ока он сдёрнул маску, являя новую. Благородное беспокойство лучилось изо всех черточек его красивого лица.

— Может отойдём в тень? Принести холодной воды? Тут рядом продают мороженое, может там...

Краем глаза заметив странные изменения в окружении, поспешила заверить:

— Да, было бы замечательно. Мне уже гораздо лучше, но от воды или мороженного я бы не отказалась. Подожду здесь, хорошо?

Он явно не был уверен в правильности действий, но согласился и поспешил исполнить желаемое. Я же глядела вслед и усиленно боролась с ошеломлённым вестибулярным аппаратом.

Мелкие камушки под ногами Андрея и остальных незримо меняли положение, катились прочь с поднимающейся из их нутра скалистой породы, звонко стучали и падали во вдруг образовавшиеся уступы и щели. Однако же совместно с преобразованиями, никто из находившихся рядом людей не кричал, не бежал и не подвал ни малейшего вида, что земли под их ногами вовсе и нет больше, а взметнувшиеся вверх глыбы камня местами просачиваются через их тела.

Непроизвольно сглотнула.

Вот о каких изменениях они говорили... неужели такое же видят иномирцы?

Чувство дискомфорта нарастало с каждым невозможным, но происходящим изменением. Берег, на котором беззаботно разгуливал и сидел народ, на глазах превращался в неровное плато скалы. Невероятным образом и с покалеченным мироощущением я видела и чувствовала, как преображается всё вокруг.

Боже, возможно ли после такого остаться в здравом рассудке?

Широкая полоса медлительной реки оборвалась вниз. Купающиеся в ней взрослые и дети без единого вскрика исчезли из виду.

Сердце сбилось с ритма.

Кто-то бездумно смело шагнул с обрыва. Я вздрогнула, почти рванув на помощь, но сразу несколько весело болтающих подростков словно из ниоткуда материализовались на краю бывшего берега.

— Ха! — выдохнула пораженно.

Ну и шуточки. Теперь можно всё обратно?

Взгляд скользнул на противоположную сторону рухнувшей вниз реки, и брови поползли вверх. Вместо полуразрушенной церквушки возвышался огромный белый замок с серебристыми куполами. Вместо леса его окружали белые домики с ухоженными территориями на будто сглаженных холмах. И кажущиеся маленькими с далека жители ходили между ними так естественно, будто всегда там и были.

— И это всё на самом деле, — прошептала не вполне утвердительно. Взгляд вновь упал на разделяющий берега обрыв. — Интересно, если и я спрыгну с него, со мной тоже будет всё в порядке или... уже не очень?

— Проверять не советую, — хмыкнули за спиной, и я едва не вскрикнула от неожиданности, всего лишь вздрогнув и резко обернувшись.

Подходящие слова разошлись в намерениях, и я не произнесла ни слова.

Возмутиться на творящиеся безумия? Но так ли он причастен? Кинуться в объятия? Но такой ли он спаситель?

Уголок притягательных губ несколько неравномерно приподнялся. Нереалистично фиолетовые глаза засияли, точно узрели нечто забавное.

— О, бросаться в объятия от радости пока не обязательно, — милостиво разрешил добродушный Лемиль. — Я пришел предупредить.

Кто бы сомневался.

— Но для начала, — шагнул ко мне иномирец, ловко обхватив плечо, — снимем-ка это. — Жар от его пальцев заставил коротко вскрикнуть, а секундой позже на месте татуировки не осталось и следа. Лемиль довольно улыбнулся. — Ну а теперь дело за малым: не выдай себя, избегай подозрительных личностей и всеми возможными уловками продержись до конца игры, — известил Лем, будто речь шла вовсе не о смертельном исходе в противном случае. — И да, веди себя естественно — это всего лишь несколько преобразованная изнанка твоего мира. К тому же, парочку минут ты будешь находиться на границе мирозданий — тебя пока что будут видеть и слышать представители обоих измерений. Учти и не делай глупостей, — подмигнул он, разворачиваясь.

Не так быстро!

Молниеносно ухватилась за рукав тёмно-синего камзола и располагающе улыбнулась.

— Постой. Добавь немного деталей, пожалуйста. Сколько времени нужно продержаться? Как пойму, что всё закончилось? Кого считать подозрительным кроме людей в масках? И чего ожидать дальше? Мы встретимся сразу после игры?

Иссиня-чёрная бровь выгнулась в удивлении. Такого напора иномирец, кажется, совсем не ожидал.

— Игра длится не более трёх часов в сутки — столько же, сколько самозванцы могут провести в нашем мире, а мы в вашем. По истечении срока тебя просто вышвырнет обратно в своё измерение. Так что не волнуйся об этом. Как и насчёт подозрительных — уверен, ты без труда отличишь их, — улыбнулся он шире. — Так что удачи и до встречи!