— Ну почему ты не ушла, когда я тебе говорил?!

Друг пригнулся, точно собираясь прыгнуть — то ли на дерево вслед за оборотнем, то ли на самого оборотня, и…

И начал превращаться.

Машинально убирая ноги от замаха ёкая, Сэмми не сводила глаз с деловито бегущего по стадиону кота: тени и лунные блики временами делали его пеструю шкуру практически невидимой; казалось, по стадиону несется одна лишь кошачья тень.

Какие там японские, ругательства на родном английском вылетели у нее из головы! Вместе со всем остальным словарным запасом. Сэмми только и могла растерянно шептать: «Ах, ты ж!.. Что ж ты!..»

Кот по имени Хиро остановился под деревом. Задрав распушенный хвост, раскрыл пасть и издал извечный жуткий кошачий вой, вызывая врага — неважно какого он там размера — на битву. У оборотня от неожиданности даже лапа соскользнула: изогнувшись, он поглядел вниз и кот следующим воплем подтвердил: да-да, ты, именно ты! Не раздумывая, Сэмми тут же пнула опущенную башку зазевавшегося ёкая, отчего тот съехал на пару метров вниз, оставив за собой десять глубоких борозд и запах свежего древесного сока. Решив не распыляться на двух противников или полагая, что загнанная на дерево добыча никуда не денется, оборотень собрался сначала разобраться с мелким наглецом.

Несмотря на шок от внезапного превращения друга в кота — и какого знакомого кота! — Сэмми была сейчас за него в его новом (старом) обличии спокойна: попробуй догони такое юркое мелкое существо! Но она ошиблась. Проклятое «существо» и не думало удирать — оборотень ещё не успел приземлиться, как прыгнувший кот вцепился ему в загривок, так полосуя когтями, что только бурая шерсть полетела. Сэмми подвисла (во всех смыслах) на дереве: спуститься, чтобы как-то помочь коту? Или не мешать оборотням выяснять между собой отношения? Но Хиро же такой крохотный по сравнению с массивным зверем! Не обращавший внимания на сцепившийся рычащий клубок, Джейк медленно брел по стадиону: похоже, разыскивал свои ножи. Разве что оммёдзи вон в поисках помочь…

Отчаявшись достать, содрать с загривка маленького убийцу оборотень повалился на спину, чтобы придавить того своим весом; кот соскочил в последний момент. Распластался на земле поодаль — бьющий хвост и все тот же жуткий вой. Ёкай встряхнулся и, уже не делая попытки подняться на задние лапы, двинулся к неожиданному противнику. Кот уворачивался, отпрыгивал, забегал ему в хвост, но никак не мог вцепиться вновь, тварь была настороже, отмахиваясь и нападая. А потом…

…Взмах когтистой рыжей лапы — и трехцветный комок упрямой отваги отлетает и падает, оставаясь неподвижно лежать на треке. Ёкай, за мгновение до этого получивший по носу, трясет головой, с фырканьем трет окровавленную морду. А придя в себя, медленно, осторожно, явно ожидая подвоха, идет-подкрадывается к своему врагу…

Сэмми полускатилась, полуслезла с дерева, с отчаяньем глянула на старшего Лоу: это что, всё?! Джейк был все еще далеко, но она услышала его, словно сказали в самое ухо: «Не двигайся!» Да как же не двигаться, ведь Хиро сейчас…

В следующий момент Сэмми не только остановилась, но еще и шарахнулась: серебряное пространство стадиона пересекли стремительные воющие и мяукающие тени. Возглавляла их самая крупная дымчатая кошка: уж не ее ли она видела возле дома Лоу? В мгновение ока ёкай превратился в рычащую и завывающую разноцветную гору. Оборотень рыкал, тявкал, вертелся, отмахивался, катался по земле, вставал на задние лапы, стряхивая и отшвыривая с себя взбесившихся зверьков. Явно взбесившихся: Сэмми никогда не слышала, чтобы кошки нападали на противника стаей. Зато они дали ей время добежать до Кота. Больно ударившись о землю коленями, Саманта приподняла оскаленную мордочку: глаза закрыты, ухо развалено пополам, белоснежная грудка в крови. Оглушен? Или… Сэмми оглянулась: Джейк торопливо хромает к ним, но, не успевает, потому что все больше и больше четверолапых заступниц отлетает в сторону: кто убегает, кто отползает, кто и вовсе замирает неподвижно… Надо бежать!

Сэмми приподняла лохматое тельце, молясь всем известным богам (а пуще всего кошачьей богине Бастет), чтобы не повредить возможно и без того сломанные косточки, и в этот момент Кот-Хиро шевельнулся. Открыл желтые глаза, издал хриплый вопросительный мяв. Как будто спросил: «О, и ты тут?»

Тут-тут, а сейчас нас тут не будет, потому что мы с тобой как рванем!..

Но Кот неожиданно вывернулся из ее рук. Тяжело шмякнувшись на землю, приподнялся, качнулся, и… И Сэмми увидела, как его стремительно удлинявшаяся тень поползла по земле, приблизившись, а потом и накрыв ёкая полностью.

Одновременно с тенью рос и ее отбрасывающий. Вскоре перед Сэмми стоял Кот размером с пуму с компактным мощным гибким телом, смертоносными лапами и оскаленными клыками — и все с той же трехцветной окраской и рванным ухом. Кошачий оборотень раскрыл пасть и издал короткий рык, в котором отчетливо различалось мяуканье, хоть и хриплое. Он будто дал какую-то команду — последние нападающие из кошачьего отряда порскнули в разные стороны, как по хозяйскому «брысь!» Вскоре на стадионе остался лишь ворочавшийся, фыркавший, переводивший дух ёкай — и маленькие неподвижные, разбросанные на земле тельца. Да еще большая серая кошка, усевшаяся поодаль в излюбленной четверолапыми позе «копилки». Кот-кугуар (язык уже не поворачивался называть его Хиро) пригнул голову и, стремительно разгоняясь, кинулся на только что заметившего новую опасность ёкая…

В тот же миг Сэмми кто-то обхватил со спины. Девушка не успела ни испугаться, ни отреагировать, как оказалась уткнута лицом в обтянутую пыльной майкой грудь.

— Саманта, ты цела?

— Да… а… — Сэмми задрала голову, окидывая взглядом грязное поцарапанное лицо Джейка: — А ты?

— Жив буду, — отсутствующе отозвался парень. Его глаза следили за происходящим за ее спиной. Но когда Сэмми попыталась обернуться, железные руки не дали этого сделать. — Не смотри. Или ты любишь поножовщину?