— Обещаю, моя королева!

— Значит Ларториса отправишь подальше от своего ревнивца, — ехидно заявила мне тира Криг, как только за Горейном закрылась дверь.

Я потянулась сытой кошкой и улыбнулась моей дорогой Валенсии.

— Знаете же, Ваше Сиятельство, что мой благоверный никогда не угомонится. А осознание им того факта, что в отличие от предыдущих Великих Ведьм, мы с ним всего лишь женаты, и нас не связывал ритуал, просто напросто отрезающий саму возможность развода или измены, не дает ему покоя где-то на уровне подсознания.

— Благая дева! — тира Криг демонстративно закатила глаза и покачала головой. — По-моему, ты преувеличиваешь, Ния. После рождения детей твой ненаглядный явно успокоился.

О да, эта была ещё та история. То, что я, мягко говоря, в интересном положении, обнаружилось довольно скоро. Так что первый полный цикл мы с Карсом вообще не покидали Резию и замок. Когда же настало время родов, вот тут-то всем пришлось несладко. К сожалению, мне на собственном опыте пришлось убедиться, как тяжко ведьмам достаются дети. Благо хоть Верховная была со мной неотлучно, а уж она-то лучшая акушерка из всех. Но и ее чуть не хватил удар, впрочем, как и меня с мужем, когда выяснилось, что наследственность все же не просто выдумка наших магов, а вещь реальная, то стало совсем не весело. Ну да, у меня была двойня. Ия готова была драться со всем миром, но не лишать второго ребенка семьи и дара.

Знала, что и Карс будет на моей стороне. А тира Криг сразу заявила, как только определила двойню, что теперь она пойдет в Святилище к богине, просить за мою девочку, воспользовавшись древним правом ведьм раз в жизни обратиться к Море.

Но хвала богине, этого и не потребовалось. Паниковала я зря, вторым родился мальчик, к дикой радости его отца и полной обескураженности всех остальных.

Тира Валенсия много позже сказала, что видимо дело все в том же пресловутом ритуале, которым ведьмы соединялись со своими магами, чтобы брать силу. А может и сама Белая Мора решила, что негоже далее так поступать с Великими Ведьмами. Нам с моим любимым, честно говоря, без разницы. Мы просто счастливы. Вот только больше рожать не рискну.

Нет, ещё от пары сыновей я бы не отказалась, но ведь не загадаешь! А вдруг дочь?

И как быть с этим шарковым Даром?

Как говорится, от добра добра не ищут.

Я вернулась в реальность из размышлений и вспомнила нашу тему беседы. Ревнив ли мой супруг? Еще как, но не настолько, чтобы это стало проблемой, а лишь бодрит и вносит некоторую остроту в нашу совместную жизнь.

— К счастью, не угомонился, а то бы я сильно расстроилась, — засмеялась я. — Просто перестал уж так явно подозревать каждую особь мужского пола в притязаниях на меня. Или хорошо скрывает это, — после такой ремарки, Валенсия тоже улыбнулась. — Но я, собственно, просто верю Ларту и знаю, что он сможет удержать Моранию в руках, как сумел утихомирить собственных родичей и подмять герцогство. А Карс ещё и скучать по нему будет, я-то знаю! Да и вдруг хоть там найдется девица, что тронет это каменное сердце?

— Знаю я, как этот хлыщ и кого утихомирил! Половину отправил на суд к Темнейшему, — Валенсия до сих пор не сильно жаловала Ларта, — А насчет женитьбы, ну даже не знаю, этот бабник только и умеет, что разбивать чужие сердца. Не представляю для кого бережет свое!

— Вот и я говорю, раз с этими хищниками разобрался, то и там не оплошает. А любовь… Так она сама приходит и не спрашивает. Может и к нему заглянет.

Герцогиня задумчиво улыбалась. Она вообще очень сильно изменилась за последние годы. Когда оказывалась среди близких — а этот круг был весьма ограничен — то становилась мягче, даже язвила в меру, а это раньше было большой редкостью. Да и в принципе выглядит сейчас намного моложе и одеваться стала в более светлые тона. Но тут-то и гадать нечего, чья в том заслуга.

И кстати о нашей первопричине приятных перемен:

— Как там папа? — спрашиваю тихо.

— Скоро вернется, — Грозная тира Криг опускает глаза, когда речь заходит о ее мужчине, — Дела в герцогстве Лерн почти завершил. Вестник прислал, говорит очень скучает по внукам.

Мне пора идти, я собственно и заходила к Верховной, чтобы обсудить последнее политическое решение. И даже хорошо, что тут был граф и удалось сразу все расставить по местам.

Прощаюсь с моей названной матерью, скрываю усмешку, глядя. как упорно она пытается скрыть смущение при любом упоминании отца, будто юная девица о появившемся ухажере.

Уж я-то знаю, по кому первому соскучился мой папенька. Наверное, у нас это семейное — упорно добиваться целей. А такую несокрушимую с виду крепость под названием тира Криг, Харн штурмовал планомерно и бился насмерть. Впрочем, мне казалось, что белый флаг у Валенсии был припрятан заранее, просто гордая женщина не могла его сразу вывесить, чтобы кое-кто не зазнавался. Ещё бы, какая дама будет ждать свою любовь почти двадцать пять циклов? И сдаться без боя? Ну уж нет! хотя и он ведь ее любил все это долгое время… Сильно и жил лишь надеждой. Эх, судьба!

Но теперь они счастливы и, надеюсь, у них впереди ещё много лет.

Ну, что еще рассказать? О том, что с моим приходом к власти многое изменилось?

Да, безусловно, перемены были, но не столь значительные, как бы мне хотелось.

Свою клятву освободить всех бывших детей предателей от печати я сдержала и новые впредь не появятся. Об этом тоже позаботилась. Но многие предрассудки и дурные обычаи искореняются тяжко — то, что вдалбливалось в головы веками не так легко оттуда добыть. И уж точно одними разумными указами не обойтись. Но вода камень точит.