– Все что в моих силах.

– Моя просьба не затруднит вас. Меня интересует раб, которого я видел вчера.

– Брен? – Авл Руффин удивился.

– Да. Он давно вам служит?

– Два года.

– И вы довольны им? Он ведь ваш личный раб, не так ли? Он предан вам?

– Уверен в том, – сдержанно отозвался молодой человек, – Но к чему он вам?

– Он ведь из северных алов, я думаю, что он может быть полезен нам.

– Каким образом? – немного настороженно поинтересовался Руффин.

– В каких богов вы верите, благородный Руффин?

– Боюсь, что я, как и вы, верю во всех богов, – усмехнулся тот, – А значит ни в каких!

– Да, верно, – усмехнулся в ответ и легат, – а ваш раб?

– Брен истинный сын своего племени.

– Храмов и святилищ, во всяком случае открытых, – в провинции не осталось. Но друиды быть должны!

Авл Руффин нахмурился:

– Конфликтов с ними не было давно, но думаю, что Брен вряд ли скажет вам что-нибудь.

Легат слегка дернул губами. Очевидно, что связь между сыном проконсула и пленным алом была теснее и ближе, чем обычно существует между господином и рабом.

Молодого Руффина не злило своенравие раба, и беспокоил отнюдь не возможный отказ, а те проблемы с посланником консула, – в первую очередь для самого раба, – которые он мог повлечь. Что ж, все было вполне объяснимо. Заметно, что Авл Руффин не отличается гордым и надменным нравом, оба они были молоды, оба в недавнем времени были войнами, и оба пострадали в ходе последней кампании.

– Я постараюсь убедить его. Моя цель драконы, а не друиды, – смирив себя, заверил хозяина Сулла Грецинн.

Какая ирония! Не иначе как местный воздух действует разлагающе и на самые твердые умы! Проконсул потакает драконам, сын его – друидам, заведя дружбу с рабом-варваром, а дочка и вовсе сбежала из дома с разбойником…

Руффин тем временем позвал своего раба, не скрывая владевших им сомнений.

– Брен…

Перехватив суровый озабоченный взгляд господина, ал немедленно стал рядом, уже не отводя упрямых глаз от легата, явно будучи готов защищать сына проконсула от любой напасти любым способом.

– Брен, – неторопливо обратился легат прямо к рабу, – Я спросил твоего господина, как мне найти друидов.

От него не ускользнуло, как Брен бросил быстрый взгляд в сторону Руффина, и получил такой же молчаливый ответ.

– Республика не преследует тех, кто не идет против нее, тем более религии.

Каждый может верить в то, что хочет, лишь бы соблюдал законы. Тем, кто не виновен злоумышлениях, опасаться нечего – я, прокуратор, всадник Сулла Валерий Грецинн, легат четвертого Стремительного, даю в том слово! Я знаю, что обряды соблюдаются здесь. И мне необходимо встретиться с вашими иерофантами либо фламиниками!

И снова обмен молниеносными взглядами: о да, как видно Авл Руффин во многом покрывал своего раба!

– Если ты знаешь, где можно найти ваших жрецов, или знаешь того, кто знает, – я прошу, – легат особенно выделил последнее слово: язык не отсохнет, – устроить мне встречу!

Раб медлил в растерянности, с надеждой снова взглянув на господина, старательно скрывавшего свою тревогу.

– Трибун, – уже одно то, что ал обратился к хозяину по прежнему званию, сказало легату на сколько они близки, – я попробую…

– Спасибо, Брен, – искренне ответил лаций, – Иди.

Когда шаги раба затихли в атриуме, молодой человек обратился к Грецинну:

– Надеюсь, легат, вы понимаете, что это вопрос не одного дня! – и закончил уже с откровенной печалью, – И понимаете, на сколько шатко перемирие последних лет здесь, на границе…

Грецинну пришлось ждать около недели, прежде чем за ним послали от Авла Руффина.

– Легат, – сразу же обратился к нему молодой человек, едва было покончено с приветствиями, – Признаться, я вообще удивлен, что у нас что-то получилось, но ваша просьба была услышана. Брен…

– Те, с кем я говорил, уже отправились с известиями. И вас будут ждать на озере Цера… – сообщил раб.

Легат нахмурился – указанное место располагалось на самой западной границе, собственно даже не на границе, а в центре земель, еще не определившихся кому принадлежать. Посещение друидского святилища прокуратором-всадником означало засовывание головы в пасть хищнику. Что если его там будет ждать толпа оголтелых фанатиков? Не мог же он взять с собой когорту другую!

– Почему именно там?